Родителям Маринетт я сказала о новом «увлечении». Сабина и Томас, переглянувшись, пожелали удачи: пусть они и были настроены довольно скептически, — Маринетт никогда не проявляла склонности к писательству, а за все эссе с самого детского сада ни разу не получала хотя бы средний балл, — но отговаривать не стали. Сабина заметила, что молодость — лучшее время, чтобы что-то пробовать.
Томас посоветовал побольше есть его круассанов, потому что мозгу нужна глюкоза. Ну конечно, я другого и не ожидала. Папа Маринетт вообще больше всех переживал за состояние моего тела и даже закончил экспресс-курсы по психологии и нутрициологии. Угадайте, кто у нас теперь в основном готовит дома?
Удивительно, как Томас ещё не перегорел с кулинарией. На работе готовишь, дома готовишь… но вроде бы ещё Ивлев говорил, что настоящий повар любит своё дело. А если ты устаёшь от готовки на работе — может, ну его? И это не твоя дверь?{?}[Трансёрфинг. «Дверь» — условное обозначение пути, который ты выбираешь. Твоя дверь — это дело, которое доставляет тебе удовольствие, легко выполняется, приносит гешефт. Не твоя дверь — то, что выходит с трудом, из-под палки. Ты ненавидишь своё дело, у тебя не выходит быстро продвигаться по этому пути.
В этом случае говорят, что дверь закрыта и нет смысла ломиться, нужно искать другую.]
Набранному мною килограмму, — который отложился, похоже, ровно в щёки, — он радовался намного больше, чем я сама.
— Маринетт, ты уходишь? — остановила меня перед выходом Сабина.
— Да, на день. У тебя были планы? Я с другом договорилась.
— С Адрианом?
— Не, с другим.
Сабина улыбнулась. Мой выход из ракушки одиночества был её бальзамом на душу.
— Планы можно перенести на завтра, — сказала она. — Или на другой день. Договорись с Адрианом, чтобы он тоже пришёл, это важно.
Я прикинула расписание Агреста. Как-то незаметно я стала почти таким же нёрдом, как канонная Маринетт: чужая недельная сетка у меня в комнате висела на пробковой доске. Надо же было знать, когда Его Величество Габриэль даёт ребёнку свободное время. Мне подстроиться несложно, да.
— В среду можно, — сказала я, мысленно попросив прощения у наших тренировок; неделя у Адриана была загружена по уши. — Что-то интересное?
Сабина кивнула и обняла меня. Окружённая запахом свежего имбиря и специй, я прикрыла глаза и улыбнулась.
— Я подумала, что можно попробовать позаниматься и без Вана, — тихо сказала мать Маринетт. — В конце концов, я тоже проходила школу Шаолиня, пусть и не преподавала там.
====== Розовая девочка, чёрная девочка ======
Куффена мне пришлось сначала ждать в обговорённом месте, а потом отлавливать возле моста влюблённых. Благо, тот был недалеко от моего коллежа, так что я не потерялась при попытке найти морского мальчика.
Топографический кретинизм в этом мире развился у меня очень однобоко: я всё так же плохо разбиралась на новых местах, но при этом с лёгкостью ориентировалась на крышах города. К тому же, мне было достаточно пару раз пройтись по улицам, чтобы запомнить маршрут. По сравнению с тем, как я страдала в прошлой жизни — благословение.
Здесь я хотя бы лево и право не путала, и то хлеб. Скорее всего, это было связано с тем, что умение быстро среагировать и отскочить в нужную сторону уже не раз спасало мне жизнь. В бою недопустимо путаться так же, как и при вождении автомобиля.
Лука нашёлся на автобусной остановке рядом с мостом влюблённых, да не один, а в компании своей сестры. Когда я подошла к Куффенам и поздоровалась, Джулека только мрачно зыркнула на меня. Брат её, к счастью, был большим комком позитива, и неприветливость моей одноклассницы сгладил жаркими объятиями.
Джулека напоминала мне Вайолет из Суперсемейки: тихая, неконфликтная, практически невидимка для социума. Волосы у девушки ещё не были окрашены в розовый на кончиках; как и у Луки, в принципе, не было и намёка на морской оттенок. Так что брат с сестрой были черноволосы и носили кожу, из-за чего смотрелись, как два разновозрастных гота.
Лука с его пирсингом, кстати, больше тянул на эмо-боя, чем на гота. А вот Джулека, использующая слишком много чёрной подводки и закрывающая одну сторону лица волосами — вылитая девочка-смерть. Особенно если учитывать, что кожа у моей одноклассницы была белее мела.
Никакой косметики для этого, всё своё, натуральное: авитаминоз, анемия, недостаток питания. Но об этом я узнала позже, из разговоров с Лукой.
— Какие планы на день? — поинтересовалась я, стараясь не особенно рассматривать Джулеку.
Девчонка немного отошла от нас с братом. Мне достался ещё один короткий неприязненный взгляд, на Луку Джулека и вовсе посмотрела, как на предателя. Вот только брат у неё оказался закалённым: проигнорировав недовольство сестрицы, Лука беззаботно завёл руки за голову и уставился на небо, счастливо улыбаясь.
— Ждём подружаню Джул и идём завоёвывать мир, — сказал он, щурясь на солнце. — Рози, правда, запаздывает. Уже на полчаса.
— Её зовут Роуз, — огрызнулась Джулека. — Не коверкай её имя, прояви уважение.
— Как только ты начнёшь уважать мой выбор знакомств — так сразу.
