— If I love you was a promise, would you break it if you’re honest? Tell the mirror what you know she’s heard before: I don’t wanna be you… anymore.{?}[Если бы слова «Я люблю тебя» были обещаниями — ты бы нарушил его, только по-честному? Говоря (отражению) зеркалу то, что она слышала раньше: я больше не хочу быть тобой.]
— Про депрессию ни слова, — сказал Лука.
Маринетт пожала плечами, продолжая щипать струны укулеле. Когда девушка пела, то эти рваные звуки как-то встраивались в её голос, становясь резким, но правильно звучащим аккомпанементом.
Они помолчали, каждый думая о своём. Адриан размышлял о том, что не обязательно говорить о чём-то напрямую: Лука прав, и в коротком кусочке песни не было ни слова про, собственно, депрессию. Но всё равно всё сразу стало понятно. Даже сюжет какой-никакой обрисовался.
Как только туда модели встроились — вот вопрос.
— Булки.
— Что, прости?
— Булки, — повторил Лука. — Хочу песню о булочках.
Адриан улыбнулся. Ну, Маринетт же дочка пекаря, это вообще не должно было стать проблемой. Он и сам слышал, как Томас напевает разные небольшие частушки о своей работе…
Потом Лука поднял руку и ткнул пальцем в сторону Адриана. Агрест замер.
— Про его булочки, Марин.
Дюпэн-Чэн захохотала. Адриан ощутил, как у него адски пылают уши.
— Может, не надо…
— Beauty queen since his fourteen!{?}[Королева красоты, начиная с его четырнадцати!]
— Да почему королева-то?!
— At least to him, he was born with it,{?}[Если говорить про него, то он был с этим рождён.] — Маринетт отмахнулась от возмущения Адриана, как от мухи. — All his jeans is good to him but I believe he was born with it.{?}[Все его джинсы ему подходят, и я верю, что он был с этим рождён.]
— Пока ещё ни слова про булочки, — подначивал Лука.
Маринетт встала с кровати, словно готовая читать стишок учителю маленькая девочка. Торжественно приложила кулак к груди и продолжила, обращаясь напрямую к Адриану:
— How you get that bod? Is it from God? Did you work real hard?{?}[Откуда у тебя такое тело? Подарок от Бога? Ты тяжело работал над ним?]
Адриан чувствовал, что ещё немного — и он просто взрвётся от смущения.
Маринетт важно подняла палец и резюмировала по буквами:
— G-E-N-E-T-I-C-S
А затем снова без предупреждения обратилась к Адриану:
— How you get that bass? Is it all fake? Made in LA?{?}[Откуда у тебя такая задница? Она ненастоящая? Ты сделал её в Лос-Анджелесе?]
— Нет! — возмутился поклёпу на свои «булочки» Адриан. — Приседания! Я их не накачивал, и вообще!..
— G-E-N-E-T-I-C-S — резюмировала довольная Маринетт. — Вы воообще видели, какая у его отца, — Адриан, закрой ушки, — задница? Да Джей Ло удавилась бы от зависти!
— Джей Ло? — не понял Лука.
— Девушка, у которой попа застрахована на много-много миллионов. Но у Габриэ-эля…
Адриан застонал и, стащив подушку с кровати Луки, накрыл голову.
Вот про задницу отца он точно ничего слышать не хотел!
====== Разговор не о любви ======
Комментарий к Разговор не о любви Алоха.
Давно это надо было сделать, но дошло только сейчас.
.
Этим заявлением я снимаю с себя ответственность за логические неточности в истории :D
объясню
Я пишу её без сюжета, чисто интуитивно и благодаря воображению. Какие-то заметки я, естественно, делаю, но при этом нет точного ведения происходящих событий.
Это сделано для натуральности истории; помним же заявку? Что помню я – то помнит и героиня.
.
Если вы выловили какую-то неточность или логическую ошибку – обязательно пишите про неё в комментарии или в личку. Нормально, что они могут быть. Я их исправлю и скажу вам спасибо :)
.
А теперь – приятного чтения.
— Пошли.
Лука взял меня за руку и потянул прочь от остановки. В принципе, я парня понимала: мало приятного стоять и разговаривать, когда рядом примостилась совсем СССР-ского вида бабушка, развесившая уши, как достопочтенный Чебурашка. Ей не хватало ворчания об испорченной молодёжи, чтобы собрать комбо, и авоськи с апельсинами.
Мы направились к мосту влюблённых, так и не расцепляя руки. Лука болтал своей туда-сюда, как дворовый хитрый мальчишка; для полноты косплея на Тома Сойера парню не хватало соломенной шляпы и какой-нибудь травинки во рту.
Словно в ответ на мои мысли Куффен вытащил пачку сигарет из кармана и засунул одну палочку смерти в рот.
— Ты знаешь, что, согласно одному психологу, желание покурить равно желанию отсосать? — ласково поинтересовалась я.
Лука закашлялся и посмотрел на меня. Я невинно улыбнулась.
Не люблю сигареты. В прошлой жизни у меня была аллергия на сигаретный дым; что характерно, проявлялась она исключительно в ответ на дым дешёвого курева. Элитные смертельные палочки не вызывали ни сыпи, ни кашля, ни благодушия. Сейчас меня больше не покрывало, но отношение осталось.
— Ты вроде… а, ладно, — Лука убрал сигарету обратно в упаковку, а ту спрятал в карман. — При тебе не курить?
— Вообще лучше не кури. Знаю, не моё дело, но ты же вроде певец. Побереги лёгкие.
— Вряд ли я стану профессиональным певцом, — заметил Лука.
