— Желательно вообще этого не делать.
— Вот же…
Он непечатно выразился, — при этом прижал уши к голове и слегка покраснел, — и я пихнула его в плечо. Обсценная лексика для Адриана была запретным плодом; если меня Сабина за крепкое словцо заставляла полоскать рот с мылом, то Габриэль поступал, как и всегда — лишал Адриана чего-то важного для парня. Не самый лучший способ воспитания, основанный на страхе… однако на диво действенный.
Только у Агреста-младшего начинался период бунта, и ругательства — это только первая ласточка.
Вздохнув, я пересказала разговор с Тикки. Кот слушал внимательно, задавал уточняющие вопросы, и я видела, как его недовольство медленно растворяется. Всё же, Адриан был умным парнем — не устану это повторять.
— Значит, нельзя, — в итоге протянул он, даже не скрывая своего расстройства. — А ведь я даже не уверен, что ты…
Он замолчал и сжал мою ладонь. Я успокаивающе погладила парня по плечу, думая, как бы дать ему знак, но при этом не порушить дырявое полотно магии.
— У тебя день рождения девятого апреля, — медленно сказала я, пытаясь воскресить в памяти наш недавний разговор. — И, хотя я могла просто найти это в интернете, всё равно вытянула из тебя… и поддался ты легко, хотя должен быть упёртым, как настоящий баран. Овен же.
Адриан улыбнулся — словно солнце решило снова выглянуть из-за горизонта.
— А я у твоей мамы спросил, — сказал он, не прекращая широко улыбаться. — У тебя восемнадцатого августа.
Я кивнула, думая о превратностях судьбы. Восемнадцатое августа — тот день, который я в прошлой жизни выбрала для себя вместо обычного дня рождения. Просто чтобы дистанцироваться от прошлой семьи, матери-алкоголички, деспотичной бабки и инфантильного деда.
Адриан подсел ближе ко мне и обнял. Его хвост обернулся вокруг моей талии.
— Я рад, что это ты. Правда… но что насчёт твоих двадцати шести лет? — внезапно спросил он, отстраняясь.
Я закатила глаза.
— Не всё сразу, котёнок.
— Но, Ледибаг!..
— Би-и-ип.
====== Сайд-стори. Underneath your clothes. ======
Комментарий к Сайд-стори. Underneath your clothes. Алоха.
Осторожно, тут гет и недетальные описания.
Я хотела сохранить интригу... но у меня, как всегда, не вышло. Эх.
Кто там про пейринги спрашивал? :)
.
Shakira – Underneath your clothes.
.
Приятного чтения.
(и я очень жду комментариев к этой части)
— Я установил себе звукоизоляцию в комнате.
— Можно орать, сколько душе заблагорассудится?
— Можно вообще что угодно делать, главное корабль сильно не раскачивать — мать в последнее время подташнивает.
Я мельком посмотрела на Луку и тут же вернулась к нотным листам. Куффен столько времени потратил, чтобы я начала понимать нотную письменность, — спасибо ему за это, конечно, — так что помощи в переводе не требовалось. Аккомпанемент, написанный под гитару, легко переделывался под мою гавайскую малышку. Нота за нотой, нота за нотой…
Лука сидел на кровати, скрестив ноги по-турецки и обнимая одну из своих гитар. Настраивал и проверял, всё ли он нормально склеил. Всё же, несмотря на то, что инструменты парень делает уже больше года, уверенности в нём пока не было.
Ну да это наживное. Со временем появится.
— Анарке надоело, что ты распеваешься? — продолжила я диалог, делая новые пометки в нотном листе.
— Скорее ей надоело, что мы с тобой, цитата, «где-то шарохаемся, когда есть дом», — Лука усмехнулся и посмотрел на меня из-за голубой чёлки. — «Нечего деньги тратить, если у тебя есть отличная кровать!»
Я рассмеялась. Анарка порой была восхитительна в своей наглости и беспардонности. У меня даже злиться на эту женщину не выходило, несмотря на все преступления против моего личного пространства.
Лука довольно смотрел на моё веселье, отложив гитару. В последнее время я ходила хмурая, так что ничего удивительного, что Куффен наслаждался хорошим настроением своей девушки. Но, говоря откровенно, причин радоваться у меня было мало: Бражник наседал, у Адриана начался дрянной подростковый период нигилизма с явным душком агрессивного анархизма, — мне оставалось только сглаживать совсем уж острые грани его психозов, — Андрэ пытался навязать свою власть супергероям, Фу что-то мутил… нервы у меня сдавали. Тут уж не до улыбок.
Я отложила листы, исписанные нотами, и откинулась спиной на бок кровати Луки. Куффен запустил руки в мои волосы, стащил резинку и стал перебирать пряди — приятно. И очень по-домашнему.
С Лукой было хорошо. Он ловил моё настроение, будто камертон, а затем действовал, как профессиональный музыкант: настраивал поломанный инструмент, добиваясь идеального звучания. Идеального настроения. Благодаря морскому мальчику я больше не чувствовала себя одинокой во время приступов Адриана и своей депрессии; он даже Тикки понравился, как и наоборот. Иногда мне казалось, что квами и Лука понимают друг друга на каком-то глубинном уровне, что был выше слов и всего вербального.
Как лемурийцы{?}[Одна из рас, предшествующих человеку. Мы же с вами то ли пятая, то ли шестая волна цивилизаций, посоны… ну, согласно некоторым учениям :)]. Те ведь тоже больше ментально общались.
