Потребность заменяет любое смущение, которое я до этого испытывала. Я делаю шаг назад и присаживаюсь на край кровати, молясь, чтобы он последовал за мной.
На этот раз, когда он раздвигает мои бедра, он не проявляет нежности. Его рука скользит в карман, и он достает гладкий черно-серебряный нож. Страх, должно быть, отражается на моем лице, потому что он качает головой и наклоняется, чтобы провести губами по моей шее.
— Расслабься. Я обо всем позабочусь.
Я чувствую холодное прикосновение ножа к бедру и замираю. Он без особых усилий разрезает мое нижнее белье, отбрасывая в сторону. Спина выгибается дугой, когда он впивается зубами в мою шею, и внезапная вспышка боли заставляет меня вскрикнуть.
— Не волнуйся, дорогая. Я не буду оставлять на тебе свои следы, пока ты не попросишь об этом, — улыбка слышна в его голосе, когда он обводит языком место укуса, а пальцы снова находят мой клитор.
Этого контакта достаточно, чтобы заставить меня в отчаянии покачивать бедрами. Я не могу связно мыслить, издавая хныканье из-за его отказа сильнее надавить на мою киску. Он продолжает безжалостно дразнить, игнорируя мою очевидную потребность, а затем, наконец, проскальзывает сначала одним, а затем вторым пальцем глубоко внутрь меня.
— О, Боже, — мои слова звучат, как прерывистый стон.
— Милый парень, но даже он не сможет тебя спасти, — говорит он и на его пугающе красивом лице расплывается улыбка.
Мои мысли растворяются до лишь фонового шума, а кровь стучит в ушах. Я позволяю себе потеряться в ощущениях, мои бедра опускаются и поднимаются снова и снова. Моя киска растягивается от его жестких ласк, а тело жаждет большего, и я сильнее прижимаюсь к его руке. Если он продолжит в том же духе, возможно, моя голова больше никогда не сможет мыслить связно.
— Совершенство, — шепчет он и склоняется надо мной, оперевшись на локоть, приближая рот к моему уху. — Ты прекрасно подчиняешься мне, Скарлетт.
Мое имя на его губах заставляет потерять всякое подобие ритма, и нижняя часть моего тела сходит с ума, пока я гонюсь за нарастающим оргазмом. Я даже не замечаю, как он двигается вниз, пока его рот не касается моего клитора. Мягкое прикосновение его губ в сочетании с грубыми движениями пальцев отправляют меня в забытье. Громкий всхлип вырывается из глубины моей груди. Я дрожу и мечусь по кровати, каждое нервное окончание моего тела работает на полную мощность. Моя душа парит над телом, пока я переживаю смерть, потому что он, должно быть, убивает меня. Это единственное объяснение такого уровня удовольствия.
Блаженство охватывает меня, когда киска перестает пульсировать. Вялая и измученная, я открываю глаза и вижу, что Джордан наклонился надо мной, вытаскивая пальцы из своего рта.
Этот человек собирается убить меня.
Он осыпает поцелуями мою грудь, горло и, в конце концов, достигает губ.
— На сегодня хватит. Я буду здесь, — говорит он и натягивает на меня одно из мягких тяжелых одеял.
— Спасибо, — пищу я в ответ.
Он приподнимается на локте рядом со мной.
— Из-за тебя трудно сохранять контроль. Мне жаль.
— Жаль? — переспрашиваю я, и моя шея чуть не ломается от того, как быстро я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. — Ты сожалеешь об этом?
— Блядь, нет, — рявкает он и пристально смотрит на меня, вопрос явно его оскорбляет. — Но тебе пришлось пройти через многое. Нам нужно о многом поговорить. Нравится тебе или нет.
Я ничего не отвечаю. Послевкусие оргазма угасает, и реальность возвращается на свое место. Я поворачиваюсь спиной к Джордану, смотрю на стену и позволяю своему дыханию успокоиться. Такого взрывного оргазма мне еще никто не дарил, даже я сама. И все же это было неправильно. Мои эмоции явно затуманивают суждения до такой степени, что я начинаю действовать необдуманно. Я просто позволила этому мужчине заставить меня кончить после того, как узнала, что он убийца, и обнаружила, что человек, за которого я должна была выйти замуж, является торговцем людьми, и все это за одну ночь.
Я явно точно знаю, как их выбирать.
Мои глаза становятся тяжелее, — тело наконец устало от сражений и борьбы этим вечером. Харпер придет в ярость, когда я расскажу все завтра утром. Я уже почти проваливаюсь в сон, когда меня пугает слабый звук закрывающейся двери. Я вскакиваю с кровати и на цыпочках бегу через комнату, заглядывая в замочную скважину. Он исчезает на лестнице в другом конце коридора, а это значит, что я могу сбежать вниз. Я не могу победоносно не вскинуть кулак в воздух, ведь впервые за всю ночь удача на моей стороне.
