- Я всё сделаю, всё сделаю, о владыка, - ударившись головой в пол, затараторил Гийнар, явно не желая выслушивать новые страшные обещания своего господина. Наконец он, пятясь, подобрался к Инди, схватил его за руку и потащил к боковой двери, через которую они вошли. Инди шёл молча, зная, что евнух сейчас владеет собой не больше, чем паша. В полном молчании Гийнар проволок его по дворцу к двери его комнаты, швырнул туда так, что Инди упал на пол, и захлопнул дверь. Впервые он услышал, как здесь запирают замок - звук был точно таким же, что и всегда, когда его запирали, но впервые в жизни у Инди от этого звука сердце не сжалось болью, а забилось чаще в нелепой, дикой, отчаянной надежде.
Эльдин жив. А это значит, что он, Инди Альен, не приносит смерть всем, кто решится его полюбить.
Разве было ему нужно в этой жизни что-то ещё?
В комнате, к счастью, нашлась вода, оставшаяся от умывания, и Инди долго, тщательно смывал золотую краску с лица, тёр сильно, до крови, потому что она как будто въелась под кожу и не желала сходить.
Но потом всё-таки отошла.
Под окном поставили стража. Инди обнаружил его, едва высунув голову в окно - и тут же получив свирепый окрик с приказом сидеть тихо. Он отступил в глубь комнаты и прикрыл ставни - смотреть внизу было не на что.
Он надеялся, что Тхан проберётся к нему через дворик, раз дверь заперта. Но теперь и этой надежде пришёл конец. А ведь именно сейчас он был так нужен Инди - как никогда прежде!
И опять, как много недель назад, он мерил свою темницу шагами, размышляя, как поступить, и кусая костяшки пальцев. На них ещё оставалась краска, и во рту от неё было горько. Инди больше часа провёл, отдирая её от своей кожи - засохнув, она довольно хорошо отскребалась ногтями, и Инди яростно срывал с себя длинные золотые лохмотья. Ему чудилось, будто с него сходит кожа, старая, опостылевшая, никогда ему не принадлежавшая. Остатками воды он вымыл голову и метался теперь по комнате мокрый и растрёпанный, вне себя от возбуждения, в котором совсем не было страха. Инди Альен не был глуп - он понимал, что с очень большой вероятностью не увидит завтрашнего рассвета. Пока что паша решил держаться за него во что бы то ни стало - но он скорее убьёт своего раба, чем позволит отнять его у себя. Инди понимал это и вслушивался в шаги за стеной, как и много раз до того, ожидая смерти, спасения, Тхана... Жизнь не менялась, она шла по кругу, понемногу сужая спираль. И вот теперь она сжалась так плотно, что он едва мог дышать - и либо он разорвёт эту спираль наконец, навсегда, либо погибнет.
Он лихорадочно думал о побеге. Стражник под окном всего один - можно попробовать его оглушить. А что дальше?.. Он ведь сам слышал: Бадияр приказал утроить посты. Инди не выберется даже за пределы гарема. Но он не мог оставаться здесь один, ждать неизвестно чего в полном бездействии... боже, он так устал, так устал ничего не делать, только сидеть и ждать, пока судьба вновь распорядится им, как бессловесной игрушкой!
Вдруг он услышал, как его кто-то тихо зовёт, и порывисто обернулся: звук шёл от окна. Но там никого нет, кроме стражника... И всё же из-за прикрытых ставней звучало чуть слышно, но упрямо и ясно:
- Инди...
"Тхан?!" - полыхнуло в мозгу. Он кинулся к окну, перегнулся через подоконник...
Стражник, распластанный по земле, лежал у ног человека, которого Инди знал и не знал. А сам этот человек, тот, кто прошёл через смерть и пустыню, чтобы его найти, стоял внизу и глядел на него почти что с мольбой.
- Инди, - чуть слышно сказал Эльдин.
До подоконника было совсем невысоко. Инди отступил, когда ладони Эльдина легли на карниз, и смотрел, как мужчина вскарабкивается в окно и беззвучно спрыгивает на пол. Он не шелохнулся, когда Эльдин подступил к нему, привлёк к себе и молча обнял. И лишь тогда, закрыв глаза и вдохнув его запах, Инди вспомнил окончательно: этот запах, эти объятия... сильные руки, которые не причиняли боли. Никогда. Ни под каким предлогом.
Он закрыл глаза и стоял, не шевелясь, отдаваясь этим рукам.
- Я не верил, что снова тебя увижу, - сказал Эльдин наконец, отстраняясь от него, но не выпуская его плеч и шаря по лицу Инди жадным, каким-то голодным взглядом, который, как ни странно, не был ему неприятен. - Не верил, и всё равно шёл...
- Это ты, - с трудом сдерживая дрожь в голосе, проговорил Инди. - Это правда ты, Эльдин-бей? Ты правда живой?
И тогда Эльдин рассмеялся, беззвучно, как-то обессиленно, и Инди вновь подумал: "Да. Это вправду он, и всё это вправду - не сон".
- Знаю, выгляжу я не очень, - кривя рот в улыбке и слегка проведя ладонями по плечам Инди, сказал Эльдин. - Но всё лучше, чем быть мёртвым и лежать в земле.
- Как ты оказался здесь?
- Ты же сам слышал. Шардун-бея оскорбил набег Бадияра и...
- Нет. Здесь, - Инди махнул рукой. - Тут ведь посты...
Улыбка Эльдина чуть изменилась.
