Нападение на Тулузу было серьезной ошибкой, подпортившей Симону репутацию, которая без боя перетягивала другие города на его сторону. Это стоило Симону двух недель использования драгоценных подкреплений с севера, не говоря уже о тяжелых потерях, понесенных в стычках перед стенами. Более того, это оттолкнуло от него католическое большинство жителей Тулузы. Симон оскорбил их достоинство и жестоко отверг их притязания на его сочувствие. С городских стен они видели, как его люди вырубали виноградники и убивали на полях работников, которые не успели сбежать при их внезапном появление. После этого они не переставали быть самыми ярыми сторонниками Раймунда. Что касается Симона, то его армия была деморализована, а составлявшие ее отряды не были склонны оставаться дольше положенных сорока дней. Впрочем большинство немцев удалось убедить остаться, но граф де Бар, отсутствие крестоносного рвения у которого сильно разочаровало французов, покинул армию в середине июля под насмешки и оскорбления своих собственных сторонников. Симон по опыту знал, что без убедительной демонстрации силы завоеванные города сбросят свои северные гарнизоны, когда услышат новости о неудаче под Тулузой. Как только осада была снята, он двинулся на юг, вглубь владений графа Фуа, сжигая брошенные замки и пригороды, выкорчевывая виноградники и фруктовые деревья с аккуратных террас на склонах холмов. Проникнув до Фуа и потратив восемь дней на опустошение окрестностей, Симон повернул на север и прошел сто пятьдесят миль до границ Лангедока. В Керси Арно-Амори активно поддерживал дело Симона. Несколько главных баронов региона приняли участие в неудачном крестовом походе архиепископа Бордо в самом начале войны в 1209 году, и теперь их убедили отказаться от верности Раймунду VI и заявить о своей поддержке Симона де Монфора. Сам Симон прибыл в Каор в конце июля. Он принял
Юг лишь на короткое время был обманут смелой демонстрацией решимости Симона. В Рокамадуре он расстался со своими верными немцами и вернулся в свой штаб в Каркассоне с крошечным отрядом солдат, не зная, когда ожидать нового подкрепления с севера. Впервые у Раймунда VI была настоящая армия, чтобы использовать слабость Симона, и решительные союзники, чтобы преодолеть его собственный робкий характер. В Тулузене ситуация была серьезной. Большая армия южан, возглавляемая графами Тулузы и Фуа и усиленная контингентами Гастона де Беарна и Савари де Молеона, уже покинула Тулузу и медленно двигалась по римской дороге в сторону Каркассона. Монферран, первый замок на ее пути, был без боя оставлен гарнизоном северян. Пюилоран на севере изгнал офицеров Симона. Дальше на восток, куда маршал Симона был послан за помощью, появились тревожные признаки восстания. Безье и Нарбон не хотели сотрудничать, а во всей долине реки Од с трудом удалось набрать только 800 человек, готовых прийти на помощь Симону, многие из которых дезертировали во время похода. На военные заботы Симона наложились личные проблемы. Его жена находилась в Лаворе, отрезанная от него вероломством людей из Пюилорана; его сын Амори лежал тяжело больным в Фанжо, а его маленькая дочь находилась с кормилицами в Монреале. Ни на один из этих городов нельзя было положиться, а среди южан из окружения самого Симона появились намеки на предательство.
