Когда наступило утро, граф Фуа вызвал подкрепление из своих войск. В лагере крестоносцев была отслужена месса, а епископ Каорский произнес проповедь. Раймунд-Роже выстроил свои войска поперек дороги, расположив тяжелую кавалерию в центре, легкую конницу на одном фланге, а пехоту — на другом, что было проверенной временем тактикой полководцев еще не знавших силы пехоты в обороне. Крестоносцы, заметив, что Раймунд-Роже сосредоточил своих людей способных держать оборону на флангах и атаковали его центр всеми своими силами. Завязалась долгая, кровопролитная рубка, в которой крестоносцы, сначала отбросив южан силой своей атаки, медленно отступали под превосходством противника в численности. Бушар де Марли пытался отступить в порядке и сохранить свои силы. Но на другом фланге Мартин Алгай повернул и увлек своих людей в стремительное бегство с поля боя. "Мы погибли", — кричал он, когда епископ Каорский пытался укорять его за трусость. Епископ не сразу пришел к такому же выводу, но когда сообразил, что происходит, собрал всех некомбатантов и бежал по дороге в Фанжо на юг.
Симон де Монфор видел, как граф Фуа и его подкрепление выехали из лагеря Раймунда в сторону Сен-Мартена, и с тревогой ожидал появления Бушара и его отряда. Но никто не появился. Тогда он посоветовался со своими людьми у северных ворот города, но их мнения разделились. Руководствуясь инстинктом и рыцарским предпочтением сражения перед осадой, Симон решил помочь своим людям в Сен-Мартене, даже если это означало рискнуть потерей города. Оставив пять рыцарей и большую часть пехоты удерживать Кастельнодари, он поскакал по римской дороге с пятьюдесятью всадниками и прибыл как раз в тот момент, когда люди Бушара покидали поле боя. К несчастью ждя них, южане не стали преследовать разбитого врага. Многие из них, вероятно, были еще не получившими плату наемниками, чья страсть к захвату добычи была самым сильным военным инстинктом, которым они обладали. Они грабили продовольственный обоз крестоносцев и тела убитых, когда прибыл Симон со своими людьми. Бушар, увидев, что Симон приближается к полю битвы с запада, развернул своих людей и вернулся, чтобы снова вступить в бой с востока. Южане застигнутые врасплох атакой сразу с двух сторон, были разбиты и понесли большие потери. Граф Фуа и его сын отчаянно защищались, пока их щиты не были разбиты, а мечи зазубрены и затуплены. Потери с обеих сторон были велики. Симон потерял 30 своих лучших людей. Южане были истреблены. Некоторые из них, желая спастись, кричавшие: "Монфор! Монфор!", были приняты за крестоносцев и перебиты своими же людьми.
Как только Симон покинул Кастельнодари, южане атаковали город, возглавляемые пуатевинскими наемниками Савари де Молеона и отрядом арбалетчиков. Им удалось вновь занять пригород, но внезапное возвращение крестоносцев прервало штурм и заставило их поспешно отступить. Симон был за то, чтобы преследовать их и перенести сражение в лагерь южан. Но его люди устали и не хотели рисковать своей победой штурмуя рвы и палисады лагеря Раймунда. Вместо этого они прошли через ворота и расположились у церкви, чтобы спеть
