Когда войска Раймунда достигли Монферрана, расположенного в тридцати милях от Каркассона, Симон собрал совет лидеров крестового похода, чтобы обдумать свои дальнейшие действия. Преобладало мнение, что ему следует держаться против южан в Фанжо или Каркассоне, пока не придет помощь с севера. Но это предложение было энергично оспорено английским крестоносцем Хью де Ласи. Хью был человеком с сильными амбициями и агрессивным характером — недостатки, которые уже стоили ему обширных ирландских владений во время неудачного восстания против короля Иоанна. Но он был опытным воином, который сражался вместе с Симоном дольше, чем большинство присутствовавших на совете. Длительная осада, указывал он, отрезала бы Симона от его союзников и лишила бы его инициативы. Его подданные воспримут это как поражение и перейдут на сторону врага. Лучше всего было продвигаться навстречу врагу в надежде, что он даст сражение в поле, где преимущество будет на стороне опытной, хорошо вооруженной конницы северян. Этот совет понравился Симону, и он был принят. Оставив небольшой гарнизон в Каркассоне, крестоносцы двинулись на запад и заняли Кастельнодари, расположенный на римской дороге в восьми милях от лагеря армии южан. Войско Симона, скудно усиленное неохотно пошедшими в поход новобранцами из Лораге, насчитывало немногим более 500 человек, а Кастельнодари едва ли мог выдержать осаду. Его стены были частично разрушены гарнизоном Раймунда, когда он оставил его весной, внутри не было воды, а местные жители были настроены откровенно враждебно по отношению к крестоносцам.
Наступающее войско южан появилось в начале сентября, "опустившись, как саранча, на землю". Гарнизон Кастельнодари ужинал, и ему потребовалось время, чтобы вооружиться, а тем временем жители укрепленного пригорода к западу от города перешли на сторону врага, сотнями перебираясь через стены и убегая на поля. Нападавшие воспользовались преимуществом внезапности, и ворвались в ворота предместья, когда жители еще перелезали через стены. Но, проникнув на улицы, они разбрелись в разные стороны, и гарнизон без труда смог выгнать их обратно в ворота.
Осада Кастельнодари Раймундом VI обернулась унизительным фиаско. Его армия, безусловно, превосходила армию Симона, и он, вполне вероятно, по лучшим оценкам современников имел 5.000 человек. Тем не менее, он решил избежать сражения, и не стал окружать город, к удивлению защитников, которые смогли поить своих лошадей и собрать виноград под носом у врага. Вместо этого граф разбил свой лагерь на холме к северу и защитил его траншеями и частоколами, так что, как заметил один наблюдатель, трудно было определить, кто кого осаждает. Даже когда его солдаты проникали в укрепленный пригород, они проламывали проемы в стене, чтобы в случае ответной атаки гарнизона иметь возможность быстро сбежать. Симон продолжал активно действовать на протяжении всей осады. Он разместил своих людей у ворот, в ожидании момента для вылазки в лагерь противника. Многие из этих вылазок он возглавлял лично с безрассудством, которое приводило в ужас его соратников. Однажды его пришлось удерживать от прыжка через траншею в укрепление, где под усиленной охраной находились осадные машины Раймунда.
Безрассудство Симона имело свою цель. Он знал, что бездействие будет столь же губительно, как и поражение, но Раймунд тщательно избегал сражения с крестоносцами в поле. После нескольких дней нерешительной перестрелки Симон получил известие, которое, казалось, сулило благоприятный исход. Бушар де Марли и Мартин Алгай, наваррский наемник на службе Симона, покинули Лавор несколькими днями ранее с большей частью гарнизона и сумели добраться до замка Сесак, расположенного в пятнадцати милях. Они избежали похода по Лораге с его враждебно настроенным население, выбрав длинный, извилистый путь через Альбижуа. Из Сесака они направились вниз к римской дороге и там соединились с конвоем Симона, который вез продовольствие из Каркассона. Приблизившись к Кастельнодари, они обнаружили, что в Сен-Мартен-Лаланд, небольшой деревушке в четырех милях от города, путь им преградил граф Фуа. Симон решил рискнуть. Он выделил из гарнизона 40 рыцарей, почти половину своей кавалерии, и под покровом темноты отправил их на подкрепление Бушару де Марли к Сен-Мартен с предупреждением готовиться утром к битве.
