Насколько я знал, Дьюк никогда не был замешан ни в каком скандале, связанном с насилием. Наоборот, о нем ходила слава как об истинном ценителе женщин. Как-то я застал конец телевизионного интервью с ним — биографический очерк на канале, который наивно считал себя независимым. Дьюк казался все еще бойким и жизнерадостным, только слегка похудевшим. Маленький, узкоплечий, загорелый, с козлиной бородкой, он напоминал скорее эльфа, а не мужчину. Однако легко поддерживал беседу, и, кроме того, его карие глаза казались дружелюбными. Дьюк мог сойти за эксцентричного, но любимого дядюшку, который отдыхал на побережье от последней прогулки по locales exotiques[20] и теперь сыпал неприличными анекдотами и непристойными шутками, давая понять, что однажды, может быть, возьмет вас с собой.
Глядя, как жарятся на сковородке отбивные, я продолжал размышлять о Марке Энтони Дьюке, Лорен Тиг и Шоне Игер.
Несколько лет назад, когда наш дом перестраивали, мы с Робин снимали домик на пляже в западном Малибу. В то время я проезжал мимо виллы Дьюка сотни раз, никогда не задумываясь, что скрывается за высокими стенами ограды. Я только смутно припоминаю буйную растительность вдоль забора: пальмы и сосны, плющ, герани, каучуковые деревья. И ворота, в которые сегодня въехала Гретхен Штенгель.
Тони Дьюк сколотил себе состояние, разрушая барьеры, но после этого предпочитал прятаться за оградой виллы. Майло прав: если Дьюк действительно замешан, то перед нами совершенно новая игра. С более жесткими правилами.
* * *
Я нарезал салат, сделал чай со льдом, сервировал стол, при помощи бифштекса уговорил Спайка выйти на улицу и закрыл дверцу, через которую он залезал в дом. Робин приехала как раз в тот момент, когда я закончил приготовления. Бледная и уставшая, с растрепанной прической, она все равно оставалась красивой женщиной, и я почему-то спросил себя: был бы Тони Дьюк того же мнения?
— Ты все великолепно устроил, — сказала Робин, пока мыла руки, и легко чмокнула меня в шею.
Я обнял ее, поцеловал в губы, погладил спину, тихонько пропустил ее кудри сквозь пальцы — аккуратно, чтобы не дернуть. Те мурлыкающие звуки, которые она издавала, и то, как прижалась ко мне, подсказывали, что я на правильном пути. Я же, в свою очередь, изо всех сил старался отогнать от себя мысли об убитых людях.
Робин нашла бутылку каберне, о которой я совершенно забыл, и пока мы ели и пили, мой аппетит вернулся. Мы вместе помыли посуду и пошли прогуляться без Спайка, держась за руки и не произнося почти ни слова. Ночь выдалась довольно прохладной, изо рта шел пар, и ветер сдул городской смог. Зима, хоть и в калифорнийском стиле, все-таки подступала. Надо осмотреть завтра сад, может, необходимо подрезать розы и почистить пруд. В общем, делать хоть что-то, снова быть полезным.
Когда мы вернулись, я удостоился еще одного поцелуя в шею и усталого взгляда. Робин отправилась в кровать со стопкой журналов, я же пошел в кабинет и включил компьютер.
* * *
Имя Марка Энтони Дьюка упоминалось в шестнадцати ссылках, в основном в газетных статьях и на официальном сайте журнала «Дьюк», украшенном ухмыляющимися портретами владельца и архивом из маленьких фотографий «Угощений месяца», которые при желании можно было увеличить, кликнув мышкой.
Я немного почитал. Единственным новым для меня фактом было то, что два года назад Тони Дьюк перешел в «ультрасвободный режим работы», то есть передал все функции управления «Дьюк энтерпрайзес» дочери Аните. Здесь же приводилась фотография Тони в ярко-синем халате, с гордостью позирующего с привлекательной брюнеткой тридцати лет, одетой в открытое черное вечернее платье. Анита Дьюк оказалась выше отца на несколько дюймов, обладала хорошей фигурой и гладкими загорелыми плечами. Впрочем, вялая улыбка, открывающая ровные белые зубы, никак не относилась к разряду счастливых. Аниту описывали как «специалиста по инвестициям с дипломом Колумбийского университета и десятилетним опытом работы на Уолл-стрит». «У „Дьюк энтерпрайзес“ впереди годы рыночного роста и благополучия, — предсказывала она. — Скоро мы полным ходом отправимся в киберпространство».
Я поискал что-нибудь менее одобрительное и нашел сайт организации, называющей себя «Пояс Библии», которая окрестила Дьюка «орудием сатаны». Потом наткнулся на несколько хвалебных гимнов от поклонников журнала. Из них я узнал, что Тони овдовел двадцать лет назад и оставался холостым все это время, пока не женился четыре года назад на бывшей модели «Угощения» Сильване Спринг («девушка, которая приручила Тони») и стал счастливым отцом двоих детей.
Правда, «приручился» он ненадолго. Дьюк и Сильвана «мирно разошлись» в прошлом году. Было доказано, что отец детей действительно Тони. («Завидуйте, поглотители „Виагры“», — восхищался автор статьи.) «Красавица Сильвана и отпрыски все еще живут в домике для гостей на великолепной вилле Тони Дьюка в Малибу! Этот парень суперщедрый и такой классный!» — не унимался автор.