— Я считаю, что две.
— Вы как будто промеряли расстояние, доктор.
— Нет. Я просто… Это вообще какой-то бессмысленный разговор!
— Вы, похоже, в прекрасной форме, доктор. Тренируетесь?
— У меня дома тренажер.
— Небольшая полуторамильная пешая прогулка прохладной июньской ночью для вас не проблема, не так ли?
— Этого мне никогда не приходилось делать.
— Вы никогда не ходили пешком от "Кроуни плаза" до дома доктора Коппел?
— Никогда.
— Где вы были в ту ночь, когда ее убили?
— В отеле.
— Вы заказывали себе еду в номер?
— Нет, я пообедал, прежде чем выехать.
— Где?
— Дома.
— Перед скандалом?
— Да. — Гулл потер костяшкой пальца глаз. Вытер рукавом лоб.
— Вы оставались в отеле всю ночь? Гулл почесал щеку.
— Я взял напрокат фильм. Это должно быть зафиксировано письменно.
— Во сколько взяли?
— Около одиннадцати. Проверьте.
— Обязательно. Однако это доказывает только то, что вы могли нажать кнопку на пульте видика, а не то, что остались смотреть фильм.
Гулл какое-то время молча смотрел на Майло.
— Это нелепо, я не убивал Мэри, — наконец выдавил он.
— Как назывался фильм? Гулл отвел взгляд и не ответил.
— Доктор?
— Это был фильм для взрослых. Я не помню названия.
— Полагаю, бессмысленно просить вас пересказать содержание.
Гулл выдавил жалкую улыбку.
— Когда вы в последний раз видели доктора Коппел?
— Днем. Мы одновременно выводили пациентов в приемную и поздоровались. Это был последний раз.
— А на свидание вечером не ходили?
— Нет. С этим было покончено.
— С чем?
— Между Мэри и мной.
— Кто стал инициатором?
— Это было обоюдное решение.
— Почему?
— Потому что это было правильно.
Майло раскрыл блокнот, пробежался по записям.
— Впрочем, если вы не пошли к ее дому пешком, то могли вызвать такси.
— Я не вызывал такси.
— Это можно проверить, доктор.
— Проверяйте в свое удовольствие.
Майло захлопнул блокнот. Гулл вздрогнул и снова вытер лоб рукавом.
— Доктор, почему Гэвин Куик отверг вас как психотерапевта?
— Он не отвергал меня. Я передал его Мэри.
— Почему?
— Это конфиденциальная информация.
— Нет, не конфиденциальная! — рявкнул Майло. — Гэвин утратил право на конфиденциальность после того, как его застрелили. Чего ради ему было переводиться от вас, доктор?
Руки Гулла напряглись, ладони уперлись в подушки дивана, словно он готовился вскочить.
— Я более не намерен с вами разговаривать. Только в присутствии адвоката.
— Вы понимаете, в каком свете выставляете себя?
— Я отстаиваю свои права, и это выставляет меня в плохом свете?
— Если вам нечего скрывать, то к чему тревожиться о своих правах?
— Потому что я не хочу жить в полицейском государстве. — Гулл натянуто улыбнулся. Его лицо и шея покрылись испариной. — Вам известно, детектив, что из всех профессий наибольшим представительством в нацистской партии обладали полицейские?
— В самом деле? А я слышал, что это были медики.
Улыбка Гулла померкла. Он сжег некоторое количество калорий, чтобы восстановить ее у себя на лице.
— Это все. Больше ни слова. — Он провел пальцем поперек губ.
Майло встал:
— Ну что ж, вам и без того пришлось изрядно попотеть.
Едва мы открыли дверь кабинета Гулла, он схватился за телефон.
— Звонит адвокату, — сказал Майло, выйдя в коридор.
— Его вывел из себя твой вопрос о передаче Гэвина Коппел.
— Какая-то страшная темная тайна. Что-то выставляющее доктора в плохом свете.
— Интересно, как много известно об этом Куикам?
— Если им что-то известно, то почему они не рассказали мне?
— Может, это бросало тень и на Гэвина.
— Гэвин погиб, и зачем теперь его родителям покрывать Гулла? И с какого конца тут Коппел?
— Не знаю. Но все происходящее, похоже, связано с этим местом.
— Я попрошу Бинчи тихонечко понаблюдать за Гуллом.
— Тихонечко?
— Это тебе не детектив по ТВ, где полиция использует фантастическую технику и армию сыщиков для тривиальной слежки. Мне повезет, если удастся заполучить хотя бы две смены "топтунов" в день.
Мы спустились на первый этаж.
— Итак, как ты считаешь, насколько эффективным был мой накат на Гулла? — спросил Майло.
— Он звонит адвокату, — пожал я плечами.
— А стал бы это делать парень, который ни в чем не виноват? Вот именно! Я подобрался-таки к доктору. И все же… Мне очень хочется выяснить, почему Гэвин ушел от него.
— Невропатолог, направивший Гэвина к Гуллу, может кое-что об этом знать. Поскольку его пациента передали другому врачу, он должен был потребовать от Гулла объяснений.
Майло выхватил свой блокнот и зашелестел страницами.
— Леонард Сингх в Сент-Джон. Не против взять его на себя?
— Вовсе нет.
— И еще, если ты по-прежнему готов поработать с Недом Бионди, чтобы попытаться поместить в газетах фото блондинки, то дерзай. — Он вручил мне запечатанный конверт со штампом "Фото, не сгибать".
Мы дошли до начала лестницы. Роланда Кристофа и его пылесоса больше нигде не было видно, и Майло уставился в пустой коридор.
— Город призраков. — "Черитэбл плэннинг". Чувствуешь аромат мошенничества?
— Да, это похоже на корпорацию-призрак. Между прочим, ты, по-моему, достал Кристофа. Что, если он ударится в бега?
— Да и черт с ним! Он всего лишь мелкий уголовник.
— А не может здесь быть кое-что покрупнее?
— Например?