– Понимаю, что вы имеете в виду, – сказал Майло. – Значит, контора искала компромат на него…
Феллингер нахмурился.
– Я предпочел бы называть это конструктивным поиском. Допускаю, что изначально ответственность лежит на мне, потому что я его нанял. Я внимательнейшим образом изучил его резюме. К своему смущению, должен признаться, что не сделал этого сразу. Он являлся кузеном Флоры, и она дала о нем лестные отзывы. Оказывается, он одурачил всех, включая Флору. Когда я сказал, что нам придется уволить его, она сначала была недовольна, и мы крупно поговорили, но потом, узнав правду, она все поняла. И в тот же день, но уже позже, позвонила мне с извинениями; призналась, что он ей троюродный брат и она не знала его так уж близко.
Разговор на повышенных тонах в гараже.
– Какую правду она узнала? – спросил Майло.
Феллингер всплеснул руками.
– Он все наврал. Учился в Йеле, но лишь один семестр, завалил экзамены. Работа сценаристом – чистая выдумка. Ничего не снималось, кредитов не получал, ни в одной из названных фирм не работал.
– Какого рода фирмы?
– Театральное издательство, рекламные агентства. Даже в адвокатской конторе в Нью-Йорке, где он якобы работал, его знают только как клиента. Защищали по делу об избиении.
– Подзащитный, который использует данный факт в своей биографии… Довольно необычно, – подал голос Майло.
– Думаю, при должной осмотрительности с нашей стороны все это закончилось бы, не начавшись. Но сейчас меня прежде всего заботит Мерри Сантос.
– И возможно, Урсула Кори.
– Господи, надеюсь, что нет…
– Если принять во внимание, что про работу Уильямс солгал, то чем, по-вашему, он зарабатывал на жизнь? – спросил я.
– Единственным делом, которым Дженс действительно занимался и которое я могу подтвердить, была – обратите внимание – кулинария. Он работал шеф-поваром ресторана в Нью-Йорке. Не то чтобы полноценным шеф-поваром, кем-то вроде помощника. Я поговорил с тамошним менеджером, но он намекнул только, что у Дженса были «личные проблемы». Могу себе представить…
Феллингер снова всплеснул руками.
– Идиот даже на кухне не смог удержаться!
Звонить Майло начал прямо из кабинета Феллингера. Номер Джона Дженсона Уильямса аннулирован несколько недель назад.
Одноразовые телефоны. У него и у нее.
А еще – Ричард Кори, годами использовавший временные неотслеживаемые номера.
Домашний адрес, предоставленный Уильямсом адвокатской конторе, оказался автомастерской в Восточном Голливуде. Ее владелец Арман Агопьян никогда не слыхал ни о каком Уильямсе и никогда не обслуживал шестилетний «Форд»-фургон, зарегистрированный Уильямсом в Коннектикуте.
Узнав про все это, Грант Феллингер позеленел.
– Как, черт возьми, мы ему платили?
– Я как раз собирался задать этот вопрос, – заметил Майло.
* * *
Пробежка по кабинетам привела нас к рабочему столу женщины лет шестидесяти по имени Вивиан, которая занималась закупками для конторы и одновременно являлась казначеем.
– А, этот… Он лично забирал свой чек. Регулярно.
– Вы не находили это странным, Вив? – спросил Феллингер.
– Я находила странным его, мистер Ф.
– Это как? – поинтересовался я.
– Даже не знаю; он слегка… отстраненный? Словно не от мира сего. Впрочем, я не против чека. Экономим на почтовых расходах и конвертах, да еще спасаем деревья, а, мистер Ф.?
* * *
Вернувшись в офис Феллингера, мы так и не присели. Адвокат не сводил глаз с выпивки, нервничал и не садился, а стоял, сцепив пальцы рук, словно пытался овладеть собой.
– Расскажите точно, как реагировал Уильямс, когда вы его увольняли, – попросил я.
– Сначала ничего не сказал. Уставился на меня свирепым взглядом. Я все ждал, что он что-нибудь скажет, но Уильямс молчал, и тогда я спросил, не хочет ли он что-то предложить. Он даже головой не покачал, только смотрел, словно пытался взглядом пробурить дырку у меня во лбу. Я бывал в судах и повидал всякого, так что меня всякими манипулятивными техниками не проймешь. Но, честно говоря, тогда мне стало жутко. Я на своей шкуре испытал, через что прошли наши девочки.
– То есть он умел создавать дискомфорт, вроде бы ничего не совершая.
– Да. Но позвольте напомнить: передо мной стоял совершенно другой человек, не тот, которого я нанимал.
– Значит, он только смотрел. Так? – спросил Майло.
– Нет, – ответил Феллингер. – Когда я собрался уходить, он произнес: «Только десерт». Эти слова я воспринял как угрозу, повернулся и пристально взглянул на него, так что он даже отпрянул.
– Только десерт, – повторил я. – Шеф-повар использует аналогии из кулинарии. – Я адресовал свое замечание Майло, а не Феллингеру.
– Даже не полный шеф-повар; он явный неудачник, – напомнил адвокат.
– Как именно, по словам Мередит Сантос, Уильямс донимал ее?
– Так же, как и остальных. Болтался поблизости – она называла это вторжением в личное пространство. Один раз она застукала его возле туалета. Но что меня по-настоящему волнует, так это то, что Мерри стала одной из последних, кто пожаловался на Дженса.
– Чем привела его в ярость, – сказал я.
Адвокат кивнул.
– А теперь она исчезла, и ее не могут найти.
Феллингер обратился к Майло.