Она быстро и уверенно подошла к нам. Вблизи ее юность была очевидна — ей еще не было тридцати, гладкое, почти детское лицо с мелкими, хорошо поставленными чертами. Цвет лица цвета мокко, ярко-карие глаза.
На ней была гражданская одежда, но на значке шерифа над правой грудью было написано «С. Флорес».
«Лейтенант? Шари».
«Заместитель Флорес», — Майло пожал ей руку и представил меня.
Она слегка пожала мне руку. «Приятно познакомиться, доктор. С Шари все в порядке».
Майло сказал: «Алекс и Майло. Выходной или в штатском?»
Шари Флорес улыбнулась и посмотрела на озеро. «Первое. Надеюсь, это стоило того, чтобы ты сюда приехал».
«Всегда приятно увидеть сцену. Молодец, что нашел баллистическое совпадение».
«Ничего страшного, я стараюсь следить за сводками», — сказала она. «Твоя пришла, и я сказала: «Ух ты». Потому что не так уж много убийств с применением винтовок.
Охотничьи несчастные случаи, конечно, но ничего преднамеренного. Поэтому я забрал нашу пулю из комнаты с вещественными доказательствами, отвез ее в Херцберг и сумел заставить их быстро ее проверить».
Майло ухмыльнулся. «Ты когда-нибудь думал переехать в Лос-Анджелес?»
«На самом деле, — сказала Шари Флорес, — это был бы переезд обратно. Я выросла в Бойл-Хайтс, получила свое первое назначение, работая на шерифа Лос-Анджелеса на своей старой родной земле. Потом я встретила своего мужа, он работал в Вестмонте и ему это надоело, поэтому, когда мы увидели здесь две вакансии, мы переехали».
«Вестмонт». Он покачал головой. «Куча веселья».
«Точно, это было ужасно для Мигеля. Людей подстрелили, когда они переходили улицу без причины. Он сейчас в Камарильо, и я это знаю. Я получаю много звонков от животных и время от времени ограбления. Это» — уставившись на озеро
—«было другим».
Майло спросил: «Ты сам ведешь это дело?»
«За исключением сохранения места преступления, я вообще не участвовала в нем», — сказала она. «Они вызвали крутых детективов, но потом их отвлекла большая банда возле Окснарда, так что все быстро сошло на нет. Это меня беспокоило, но что я могла сделать? Потом я увидела ваш отчет .308 и подумала: хм, такое случается нечасто, не помешает узнать».
«Отличная работа», — сказал Майло, — «но поскольку настоящая любовь имеет значение, я не буду повторять свое предложение о работе в полиции Лос-Анджелеса».
Она рассмеялась. «Я скажу Мигелю, что произвела впечатление на кого-то. Так что я могу сказать тебе?»
«Начнем с начала».
«Хорошо», — Флорес сняла свою бирку и сунула ее в карман.
«Я отреагировал на вызов 911 от Dispatch о том, что кто-то посреди озера дрейфует в лодке и не двигается с плачущим маленьким ребенком. Я подумал, что это было
какой-то звонок о болезни, попросили скорую и водолаза. Когда я приехал, это было как раз то, что они сказали, маленькая гребная лодка — та самая.”
Она указала на бледно-зеленое судно в доке А-образной рамы посередине подковы. «И конечно же, этот крошечный мальчик был там, вопил, рядом со взрослым, просто лежащим там. Я позвала ее, но она не двинулась, и больше всего я беспокоилась, что он упадет. На нем был спасательный жилет, но из-за холода ему могло стать плохо, даже если бы он держался на плаву. С такого расстояния я ничего не могла сделать, не прыгнув, поэтому я взяла свой бинокль и пристально следила за ним, молясь, чтобы появился дайвер».
Она вздрогнула. «Бедняжка, слушать его было пыткой».
Я спросил: «О каком возрасте ребенка идет речь?»
«Я посчитала, что два, и я была близка к этому», — сказала Шари Флорес. «Двадцать семь месяцев. Его зовут Джаррод».
«На каком расстоянии от берега находилась лодка?»
«Триста восемьдесят футов. Как видите, озеро не такое уж большое...
«Более крупный пруд, можно сказать. Позже я посмотрел, и общая площадь составляет чуть больше полутора акров. Если бы дайвер не появился в ближайшее время, я был готов попробовать поплавать, но, к счастью, он появился, смог прикрепить веревку и подплыть достаточно близко, чтобы сотрудники скорой помощи смогли вытащить лодку на берег».
Она покачала головой. «Она была мертва. Очевидное пулевое отверстие».
Майло сказал: «В шее, чуть правее центра».
Шари Флорес уставилась на него. «Это тоже твое? Единственное, что я узнал из твоего отчета, это вероятное оружие и боеприпасы с цельнометаллической оболочкой».
«У меня в обоих случаях то же самое», — сказал Майло. «С удовольствием расскажу подробности, но не могли бы вы сначала рассказать мне о своих?»
«Конечно, конечно... если хочешь, мы можем пойти в дом, посидеть снаружи, там есть столик в тени. Это не сцена как таковая, но это то место, где она началась».
—
Мы втроем шли вдоль озера, проходя через просторные неогороженные дворы трех домов. Брезентовые мангалы и
плавсредство, окна были зашторены. Та же открытая планировка применялась ко всем объектам. Никаких признаков жилья где-либо вдоль воды.
Тишина вернулась, но приобрела другой оттенок.
Угнетающе.