Он повел нас наверх. Наши апартаменты находились в центре лестничной площадки второго этажа. Гостиная с небольшим холодильником, спальня и ванная, выложенная белой плиткой. Полы покрывали старые коричневые шерстяные ковры. Стены были из тика и штукатурки. Мягкая мебель с цветочным принтом, еще больше бамбуковых столиков. Ванна была старинной чугунной и безупречной, с мраморной полкой, на которой лежали мыло, лосьоны и мочалки из люфы, все еще в пластиковой упаковке. Вентиляторы лениво перемешивали воздух во всех трех комнатах. В воздухе витал слабый запах инсектицида.
Кровать была красного дерева с балдахином начала века, застелена белоснежным постельным бельем и покрывалом из желтого увядшего шелка. На одной из тумбочек стояла матовая стеклянная ваза срезанных амариллисов. Сложенная белая карточка образовала миниатюрную палатку на подушке.
Множество окон, раздвинутые шелковые шторы. Множество неба.
«Посмотрите на этот вид», — сказал Робин.
«Японский военный губернатор хотел стать королем горы»,
сказал Ромеро. «Самая высокая точка острова — это вон тот пик». Он указал на самую высокую из черных скал. «Но она слишком близко к наветренной стороне. У вас тут круглый год штормы и гнилая влажность».
Он подошел к окну. «Японцы считали, что горы создают им естественный барьер от нападения с восточной стороны. Немецкий губернатор построил здесь свой дом по той же причине. Японцы снесли его. Они действительно хотели сделать это место японским. Привезли гейш, чайные домики, бани, даже кинотеатр там, где сейчас находится торговый пост. Бараки рабов были на том поле, которое мы проезжали по пути наверх, где случайно
баньяны. Когда Макартур напал, рабы вышли из бараков и обратились против японцев. Между этим и бомбардировкой погибло две тысячи японцев. Иногда на склоне холма все еще можно найти старые кости и черепа».
Он пошел в ванную и попробовал краны.
«Вы можете пить воду. Доктор Билл установил фильтры с активированным углем на всех цистернах на острове, и мы регулярно проводим подсчет микробов. До этого холера и тиф были большими проблемами. Вы все еще должны быть осторожны, употребляя в пищу местных моллюсков — морские токсины и болезнь легких крыс. Но фрукты и овощи не проблема. Все здесь, в доме , не проблема, доктор Билл выращивает все сам. Что касается еды на улице, еда в баре Slim's не очень, но Chop Suey Palace лучше, чем кажется. По крайней мере, моя жена-мандаринка не против. Иногда Жаки, хозяйка, готовит что-то интересное, например, суп из птичьих гнезд, в зависимости от того, что есть в наличии».
«Это туда направлялся плавник акулы?» — спросил я.
«Простите?»
«Те двое парней в порту. Это было ради ресторана?»
Он поправил очки на носу. «А, они. Нет, сомневаюсь».
Седовласый, седобородый мужчина принес наши сумки. Ромеро представил его как Карла Слита и поблагодарил.
Когда он ушел, Ромеро спросил: «Могу ли я еще что-то для вас сделать?»
«Кажется, у нас есть все».
«Хорошо, тогда вот ваш ключ. Ужин в шесть. Одевайтесь поудобнее».
Он вышел. Спайк уснул в гостиной. Мы с Робином пошли в спальню, и я закрыл дверь от собачьего храпа.
«Ну что ж», — сказала она, глубоко вздохнув и улыбнувшись.
Я поцеловал ее. Она ответила на поцелуй крепким поцелуем, потом зевнула и отстранилась, смеясь.
«Я тоже», — сказал я. «Время для сна?»
«После того, как я уберусь», — она потерла руки. «Я вся в корке соли».
«Ах, женщина с укропом!» Я схватил ее и лизнул ее кожу. Она рассмеялась, оттолкнула меня и начала открывать ручную кладь.
Я поднял сложенную карточку с кровати. Внутри была рукописная записка: Дом моряка, домой из моря,
И охотник вернулся с холма.
Р. Л. Стивенсон
Пожалуйста, сделайте мой дом своим.
ВВМ
«Роберт Льюис Стивенсон», — сказал Робин. «Может быть, это будет наш Остров Сокровищ».
«Хочешь увидеть мой колышек?»
Пока она смеялась, я пошёл набирать ванну. Вода была кристально чистой, полотенца были совершенно новыми, толстыми, как мех.
Когда я вернулся, она лежала поверх одеяла, голая, руки за головой, каштановые волосы разметались по подушке, соски были коричневыми и твердыми. Я наблюдал, как поднимался и опускался ее живот. Ее улыбка. Большие верхние резцы, на которые я запал много лет назад.
Окна были по-прежнему широко открыты.
«Не волнуйтесь», — тихо сказала она. «Я проверила, и никто не может заглянуть внутрь — мы слишком высоко».
«Боже, как ты прекрасна».
«Я люблю тебя», — сказала она. «Это будет чудесно».
Глава
3
Меня разбудил какой-то скрежещущий звук. Кто-то царапал один из экранов.
Я быстро сел и увидел это.
Маленькая ящерица трёт передние лапы о сетку.
Я встал с кровати и присмотрелся повнимательнее.
Он остался там. Светло-коричневое тело с черными пятнами. Тощая голова и неподвижные глаза.
Он уставился на меня. Я помахал ему. Не впечатлившись, он поскребся еще немного и, наконец, убежал.
Пять вечера. Я отсутствовал два часа. Робин все еще свернулся калачиком под простынями.