Единственным другим человеком была молодая, невзрачная женщина в красной майке, смотрящая телевизор за стойкой третьей кабинки справа. Ее кассовый аппарат был поцарапанным, черным антиквариатом. Рядом с ним стояли банки с вяленой говядиной и маринованными яйцами, полупустая бутылка Windex и тряпка. Передняя витрина была заполнена шоколадными батончиками и чипсами — картофельными, кукурузными, таро. На задней стене были качающаяся дверь и полки с запечатанными коробками сладостей. Телевизор был установлен на боковой стене, которая отделяла кабинку от соседней, разделяя пространство с телефоном-автоматом.
Она заметила меня, но продолжала смотреть на экран. Изображение было нечетким, периодически пронизанным лезвиеподобными вспышками белого. Станция из Гуама. Общий план большой комнаты с полированными деревянными стенами, корпоративный логотип сети отелей над длинным банкетным столом.
Сенатор Николас Хоффман сидел в центре за стаканом воды и микрофоном. На нем была бело-коричневая рубашка из батика и несколько ярких цветочных ожерелий. Двое белых мужчин по бокам от него были одеты так же. В одном я узнал законодателя со Среднего Запада; другой был вылеплен по тому же шаблону с подкрашенными волосами и голодной улыбкой. Еще четверо мужчин, азиатов, сидели по краям стола.
Хоффман взглянул на свои записи, затем поднял глаза, улыбаясь. «И поэтому позвольте мне завершить празднованием того факта, что мы все разделяем видение более жизнеспособной и процветающей Микронезии, многокультурной Микронезии, которая быстро и уверенно движется в следующее столетие».
Он снова улыбнулся и слегка поклонился. Аплодисменты. Экран замерцал, стал серым, выключился. Молодая женщина включила его снова. Реклама ресторана Island Fever № 6: гитарная тема в стиле слэк-кей, блюда пупу и пылающие десерты, «туземные красавицы, искусные в древних танцах для вашего развлечения и удовольствия». Карикатура на пухленького человечка в юбке из травы, покачивающего бедрами и подмигивающего.
«Давай, приятель!»
Женщина щелкнула пультом управления. Опять черный экран, потом ситком десятилетней давности. Она посмотрела, как пошли титры, затем сказала: «Могу ли я вам помочь?» Приятный, почти детский голос. Около двадцати лет, с прыщами и короткими волнистыми волосами. Под майкой нет лифчика. Даже близко не симпатичная, но улыбка открытая и милая.
«Что-нибудь выпить, если у вас есть».
«У меня сзади есть кола, спрайт и пиво».
«Две колы, два спрайта». Я заметил пару книг в мягкой обложке на задней стойке. «Может, и почитать что-нибудь».
Она протянула мне книги. Стивена Кинга, которого я читал, и компактный атлас мира, обе с загнутыми обложками.
«Есть какие-нибудь журналы?»
«Эм, может быть, здесь». Она наклонилась и встала. «Нет. Я проверю сзади.
Вы врач, который останавливается у доктора Билла, верно?
«Алекс Делавэр». Я протянул руку, и мы пожали ее. Я заметил на безымянном пальце кольцо с бриллиантовой крошкой.
«Беттина — Бетти Агилар». Она застенчиво улыбнулась. «Только что вышла замуж».
«Поздравляю».
«Спасибо... он замечательный человек — доктор Билл. Когда я был ребенком, у меня был сильный коклюш, и он меня вылечил. Подожди, дай я принесу тебе выпивку и посмотрю насчет журналов».
Она прошла через вращающуюся дверь.
Вот вам и неистовая враждебность острова к Морленду.
Она вернулась с четырьмя банками и стопкой периодических изданий. «Это все, что у нас есть. Довольно старые. Извините».
«Трудно ли достать что-то актуальное?»
Она пожала плечами. «Мы получаем все, что приходит на судах снабжения, обычно это на пару выпусков позже. Люди , Playboy и тому подобное расходятся быстро
— что-нибудь из этого вас заинтересовало?
Ladies' Home Journal, Reader's Digest, Time, полугодовой давности , Newsweek, Fortune, а внизу несколько экземпляров большого глянцевого ежеквартального журнала под названием Island World. Великолепные улыбающиеся черноволосые девушки и загорелые тропические виды.
Даты публикаций — от трех до пяти лет.
«Боже, они действительно старые », — сказала Бетти. «Нашла их под коробкой. Раньше их публиковали, но, по-моему, больше нет».
Я пролистал оглавления. В основном рекламные объявления. Потом мое внимание привлекло название.
«Я их возьму», — сказал я.
«Правда? Они такие старые, что я даже не знаю, сколько с вас взять. Вот, возьмите их бесплатно».
«Я с радостью заплачу».
«Все в порядке», — настаивала она. «Сегодня вы мой лучший клиент, а они просто занимают место. Хотите закусок к напиткам?»
Я купил два пакета картофельных чипсов Мауи, сваренных в котле, и немного вяленого мяса. Когда она взяла мои деньги, ее взгляд снова метнулся к телевизору. Еще одно отключение света. Она включила телевизор автоматически, как будто привыкла.
«Плохой прием?»
«Спутник то появляется, то исчезает, в зависимости от погоды и прочего». Она отсчитала мелочь. «У меня будет ребенок. Доктор Билл примет роды. Через семь месяцев».
«Поздравляю».
«Да... мы в восторге. Мы с мужем. Вот. После рождения ребенка мы, наверное, переедем. Мой муж работает на стройке, и работы нет».
«Совсем ничего?»