Едва ли можно что-либо добавить к этому отчету, кроме сожаления о том, что он чересчур сух и скуп на подробности, живописующие посещенные научные центры (такие подробности вполне обычны в отчетах о заграничных командировках того времени – можно сравнить хотя бы с отчетом Ф. Я. Чистовича), тем более что география стажировки впечатляет и включает едва ли не все ведущие европейские (континентальные) учреждения, занимавшиеся патологической морфологией. Между тем, эта командировка имела поворотное значение в судьбе А. А. Максимова. Только походя упомянутая в отчете работа по воспалению, выполненная в лаборатории и под непосредственным руководством Э. Циглера {22}, – это первая серьезная публикация Максимова о взаимоотношениях клеток крови и соединительной ткани в форме огромной статьи-монографии, которая принесла ему мировую известность, место профессора и убеждение в правоте унитарной теории кроветворения.
В этой работе он тщательнее, чем кто-либо до него и на беспрецедентно большом для своего времени материале проследил методом «переходных» форм, как из пришедших из крови одно ядерных лейкоцитов возникают разные формы клеток в очаге воспаления. Именно эта работа убедила его в том, что все «лимфоидные» клетки (включая и моноцитов, и бластов) обладают широкими возможностями для превращения в разные другие клетки, а это и есть идеологический фундамент унитарной теории. Подробнее об этой работе будет сказано в части, посвященной научному наследию Максимова; сегодня очень многое в ней считается заблуждением, вызванным умозрительным сопоставлением в действительности не связанных между собой картин. Однако для научного мира того времени она казалась классическим исследованием, наконец-то решившим важнейший и труднейший вопрос гистологии воспаления, а ее выводы – безупречно обоснованными и безусловно убедительными. Об этом говорит хотя бы тот факт, что 28 лет спустя, уже после смерти автора, эта работа была переиздана в кратком изложении на английском языке [187]. Филигранные, несколько аскетичные рисунки из этой монографии впоследствии многократно использовались Максимовым и другими авторами для иллюстрации процессов, происходящих при воспалении.
В Петербург Максимов вернулся триумфатором. Его гигантская работа о воспалении, несомненно, произвела сильное впечатление на коллег. К. Н. Виноградов поставил перед академической Конференцией вопрос об избрании его приват-доцентом по кафедре патологической анатомии. И тут случился скандал, причем повод для него оказался самый неожиданный – аморальное поведение. В протоколах Конференции это выглядит так: «Рассмотрев работы доктора медицины Максимова, комиссия находит его вполне достойным и основательно подготовленным к званию приват-доцента. При отдельном мнении остался профессор Лавдовский [начальник кафедры гистологии.
Академик Виноградов заметил, что он хорошо знает Максимова, так как последний работал у профессора Виноградова и он может его рекомендовать как способного, добросовестного и прилежного работника. Максимов кончил курс первым, за свои работы не раз получал награды от Конференции, оставлен был при Академии и, затем, послан за границу, где много работал. Зная хорошо доктора медицины Максимова, профессор Виноградов вынес совсем иное впечатление; по его мнению Максимов относился с полным уважением к академическим профессорам и особенно к своим учителям, в том числе и к профессору Лавдовскому. Что касается выражения „случайно“ по отношению к одному открытию профессора Лавдовского, то в этом выражении профессор Виноградов не усматривает ничего обидного или умаляющего значение работы Лавдовского.
Полагая необходимым ближе ознакомиться с сущностью дела, Конференция постановила просить комиссию из профессоров Данилевского, Рейна и (и.д.) Варлиха ознакомиться с делом детально и представить по этому вопросу свое заключение Конференции» [85, c. 234–235].
