Через 2 недели Пушкин будет на первом выступлении Колосовой в роли дочери царя, Моины
Интересно, как это актеры умудрялись заучивать достаточно большие роли при такой частоте премьерных представлений…
Ну а через несколько недель Пушкин впервые появится и в доме Колосовых – и потом не раз еще будет там от души расслабляться: шутить, веселиться, писать каламбуры и рисовать в домашний альбом, пытаясь приватизировать обложку со своими рисунками…
По воспоминаниям Колосовой, веселые буйства Пушкина
– Да уймешься ли ты, стрекоза! Перестань наконец!
Саша
– Остричь ему когти! – так называла она его огромные ногти, отпущенные на руках. – Держи его за руку, – обращалась она к дочери, взяв ножницы, – а я остригу!
Франсуа-Жозеф Тальма в роли Нерона, картина работы Э. Делакруа
Александра Колосова крепко взяла Пушкина за руку, но он поднял неимоверный крик на весь дом, притворно всхлипывая с театральными стонами и жалобами на то, что поэтов в России обижают среди бела дня, и это до добра страну не доведет…
Ногти классика остались целы.
Знаменитый перформанс Пушкина с торжественным снятием парика с головы также, скорее всего, проходил у Колосовых, только в их ложе в Большом Каменном театре. Александра называла тогда Пушкина «мартышкой». Обезьяна-тигр в Лицее, мартышка-стрекоза у Колосовых…
Присутствовал Пушкин и на первом бенефисе Колосовой – в декабре 1819 года. Давали пятиактную трагедию Вольтера «Заира», за ней – оперу-водевиль в одном действии, а финальной точкой представления стала разухабистая русская пляска в исполнении матери и дочери Колосовых. Ноги зрителей сами шли в пляс – наверняка народ танцевал в проходах!
Каратыгина первой из русских актрис в 1822 году побывала за границей и, прежде всего, конечно, в Париже, где в течение года уроки драматического мастерства ей давал самый знаменитый актер эпохи Франсуа Тальма, в честь которого в первой половине XIX века были названы широкие и длинные плащи-накидки, наподобие античной тоги. Мужчины в пушкинскую эпоху в Петербурге носили тальму на плечах.
Училась Александра и у модной французской актрисы мадемуазель Марс, 33 года игравшей мольеровские роли на сцене «Комеди Франсез». Никакая одежда в честь мадемуазель Марс не названа, но, возможно, именно с этим обучением связан переход Колосовой в комедийное амплуа: вернувшись в Петербург, она сразу выступила в роли Селимены из «Мизантропа» Мольера… Когда Пушкин ссорится в Михайловском с отцом, Полевой пишет первому издателю журнала «Отечественные записки» Павлу Свиньину:
Как и предсказывал Пушкин, преемницей Екатерины Семеновой, главной трагедийной русской актрисой, Колосова не стала.
Теперь о конфликте Пушкина с Александрой Колосовой. До Пушкина дошли недоброжелательные слова, приписываемые Колосовой, о его внешности. Вместо того, чтобы напрямую расспросить Александру, Пушкин, решив сразу отомстить
Слово не воробей, вылетит – долго ловить придется. Пушкин, выяснив, что это было просто недоразумение
В середине июня 1827 года Катенин приводит Пушкина после спектакля по пьесе Мариво
Кающийся грешник, как себя называл Пушкин, бросился целовать актрисе руки, приговаривая:
– Кто старое помянет, тому глаз вон! Позвольте мне взять с вас честное слово, что вы никогда не будете вспоминать о моем мальчишестве?..
Мир был восстановлен. Каратыгина потом вспоминала, весьма остроумно:
