Брови Координатора удивленно поползли вверх - он-то прекрасно знал, какого рода "контингент" тут собран.
- Кто он?
- Александр Сергеевич Солоник, шестидесятого года рождения, из Кургана, бывший сержант милиции, осужденный по статье сто семнадцатой плюс за побег. Для бывшего милиционера, к тому же побывавшего в местах лишения свободы, довольно интересен: не пьет, не курит, не говоря уже о наркотиках и всем остальном. Психологические тесты свидетельствуют о безусловной конкретности мышления, но жизненные установки определены довольно размыто. Честолюбив, тщеславен, скрытен, расчетлив. Налицо лидерские устремления, которые он, впрочем, явно не демонстрирует. С курсантами подчеркнуто ровен, но приятельских отношений ни с кем не поддерживает. А вообще - очень любопытная биография. - Полковник вежливо пододвинул ему папку с личным делом.
В этот момент недавний лубянский начальник почему-то поймал себя на мысли, что эти имя и фамилия - Александир Солоник - ему уже встречались. Он даже командировал своего заместителя по охранной фирме, бывшего милицейского сыскаря, к нему на собеседование. Вот только в какой связи это запало в память?
Хозяин кабинета продолжал, но уже более сдержанно:
- Конечно, сейчас говорить что-нибудь однозначное трудно, но все-таки из всего прибывшего отребья этот заметно выделяется.
Для приличия полистав растрепанное личное дело, Координатор, то и дело теребя носовой платок, ответил размыто и неопределенно:
- Безусловно, сейчас просчитать что-то однозначно тяжело. Физические кондиции и тестирование ни о чем не говорят: первое - наживное, второе изменчиво. Неизвестно, как он поведет себя в экстремальной ситуации. К тому же мы предвидим естественный отсев - процентов тридцать, если не половина. А потом, как вы сами понимаете...
Сказал - и запнулся на полуслове. Рельефно играющие желваки, взгляд, устремленный поверх головы собеседника, плотно сжатые губы - все это свидетельствовало, что московский гость о чем-то серьезно и напряженно размышляет. Естественно, хозяин кабинета был достаточно тактичен, чтобы не прерывать работу мысли, - тихонько придвинул к себе папки личных дел, сделав вид, что читает одну из них.
Первым нарушил молчание гость.
- Как вы сказали - Солоник? - Из глубин памяти Координатора неотвратимо выплывала давешняя картинка - московский офис, похожий на кота заместитель, состоявшийся с ним разговор.
- Так точно, Александр Солоник, - подтвердил собеседник.
Давешняя картинка сразу же ассоциировалась с идеей того разговора - о том, что борец с российским криминалом должен быть одинодинешенек, и даже определения такого человека: "Крошка Цахес", рыцарь плаща и кинжала без страха и упрека, идейный борец с оргпреступностью. Карающая десница. Короче - человек-легенда.
Да, тогда, в беседе с заместителем, экс-генерал очень точно определил формулировку - настолько точно, что запомнил ее почти слово в слово: "Страх всегда персонифицирован - он не может быть размытым, абстрактным. Боятся всегда кого-то или чего-то. То, что можно назвать по имени. Нужен один-единственный человек, конкретный, реальный, именем которого можно будет пугать. На такого человека будет работать вся "С-4": разведчики, аналитики, другие ликвидаторы. У него будет свой, хорошо узнаваемый почерк, который, при желании, можно будет легко подделать. Еще раз подчеркиваю: работа целого подразделения будет фокусироваться именно на нем одном. С другой стороны, такой человек идеален как ширма, как прикрытие..."
- Я могу встретиться и переговорить с этим... - Чтобы не выдать собственную заинтересованность, гость нарочито-внимательно взглянул на титул личного дела. - Солоником Александром?
- Он сейчас на занятиях по физподготовке, - несколько извинительно ответил начальник центра подготовки и, взглянув на часы, добавил: - Они закончатся минут через десять. Не хотелось бы отрывать, чтобы не выделять его из всей массы контингента, обращая на него внимание. Обождете, товарищ генерал?!
- ...Раз-два, раз-два, сохранять дыхание, не отставать, распределять силы, - доносилась из мегафона ставшая уже привычной команда. - Предпоследний круг можете пройти пешком...
Саша, так же, как и несколько десятков курсантов, бежал кросс - до финиша оставалось не более километра. Солоник был вторым, и впереди маячила спина высокого светловолосого парня - мокрое пятно между лопатками расплывалось в глазах Солоника.
- Не укладываетесь, бездельники. Работать надо, работать, - начальственно гремел мегафон. - Раз-два, раз-два...
До слуха Саши доносилось тяжелое дыхание бежавшего впереди. Кажется, его звали Андреем, а фамилия его была вроде бы Шаповалов, и был он как будто из Питера. Но - и это несомненно! - биография этого курсанта в основном повторяла биографию самого Солоника, впрочем, как и подавляющего большинства остального "контингента".
