И вот характеристика, данная ему всё тем же Николаем Павловичем не только, в полном смысле слова, боевым товарищем Козлова, но и, несколько позже, его начальником: «Он ведь из простого народа – это не какая-то “столичная штучка”, которая выросла где-то в высокоинтеллектуальном окружении. Это ощущалось. Нельзя сказать, чтобы по характеру он был такой простой, что к нему любой, запросто подойти мог… Нет! А если надо было, он тебе в глаза всё мог сказать, как бы ни было неприятно… Но есть такие ситуации, когда вот так, прямо, говорят – и ты понимаешь, что так оно и есть!»
Мы уже сказали об опасностях, которые могут таить в себе личные встречи. Передавать материалы безлично, через тайник, вроде бы безопаснее, хотя где гарантия, что тот же сотрудник резидентуры, проявив небрежность, не приведёт туда контрразведку? Или ещё чего не произойдёт – мы же подробно описали произошедшее в Нью-Йорке в 1978 году. Однако известно, что «волков бояться – в лес не ходить».
Опытнейший сотрудник разведки так рассказывает о тайниках и некоторых, связанных с ним трудностях: «Это очень надёжный способ конспиративной связи, что доказано многолетней, а лучше сказать, многовековой практикой деятельности разведывательных служб всего мира, многочисленных тайных обществ, криминальных сообществ и даже влюблённых. Но вот убедить в этом человека, не искушённого в тайных делах, крайне трудно. Передать самые важные документы и самые большие ценности из рук в руки он готов, а положить их в дупло или закопать в укромном месте и оставить без присмотра – ни за что! И некоторых агентов долго приходилось убеждать в целесообразности и безопасности этого способа связи. И кажется, что он уже всё понял, со всем согласился, но, положив закладку в тайник, не может уйти от этого места, хотя и знает, что человек, который должен её подобрать, придёт через несколько минут после его ухода»[308]. Кстати, как говорится, «аналогичный случàй», точь-в-точь, описан ещё в «Дубровском» Александром Сергеевичем Пушкиным – из-за того, что два юных «агента» встретились у тайника, «спецоперация» была провалена и всё в жизни героев повести закончилось очень и очень плохо…
Ну а теперь – серьёзно. Конкретно мы ничего не знаем, но, выезжая «в поле» на разные сроки, «Дубравин» выполнял очень ответственные разовые, штучные, так сказать, задания, которые нельзя было поручить сотрудникам «легальной» резидентуры. «Алексей Михайлович и Юрий Анатольевич Шевченко обслуживали очень ответственный сектор работы; об этой их работе мы сможем рассказать… не в этом поколении», – уточнил нам один сведущий человек.
Можно полагать, что это была связь с особо ценными источниками, с которыми не могли встречаться сотрудники «легальной» резидентуры. Ведь, учитывая расстановку сил и приоритетов в том «двухполярном» мире, где действительно были две противостоящие системы, иному высокопоставленному зарубежному политическому деятелю для того, чтобы положить конец своей блистательной карьере, достаточно было раз-другой оказаться увиденным в компании с советским дипломатом. Ну а если, к тому же, дипломат этот окажется не «чистым» дипломатом, но установленным сотрудником разведки – всё, пиши пропало! Тут и до парламентского расследования недалеко, а то и ещё чего похуже…
Зато во встрече политика с каким-нибудь состоятельным иностранным предпринимателем тогда никто бы не заподозрил ничего предосудительного, потому как в то время мир и в особенности руководящие структуры многих государств ещё не были так разъедены коррупцией, как сейчас.
Нет, конечно, «легенда» о том, что «Дубравин» ездил в Европу чуть ли не в качестве туриста – полная чушь! Точнее – это именно очередная «легенда», так сказать, «для внутреннего пользования». Да, впрочем, разочек он так съездил, осмотрелся, посмотрел на себя как бы со стороны, понял, что заключение никак не отразилось на его психическом и моральном состоянии – и вновь отважно ринулся «в бой». Ну и руководство теперь не делало никаких скидок опытному нелегалу – наоборот, его возможности, что называется, «использовали по полной программе». Нам, в частности, рассказывали такое: «Там было несколько ситуаций, когда Юрий Иванович ставил ему просто невыполнимые задачи! Тут уже Алексей Михайлович не выдержал – заявил примерно следующее: “Юрий Иванович, вы очень сильно преувеличиваете мои возможности!” (“Это я очень вежливо сказал!” – уточнил наш собеседник, в своё время явно получивший информацию из первых уст.) “Как же я могу это сделать?” – спросил Козлов, на что Юрий Иванович заявил ему совершенно спокойно: “Ты нелегал – ты сделаешь”».
