Вернёмся, однако, к судьбе Людмилы Дмитриевны. Вот что она рассказывала: «Я хочу сказать, как важно везение в нашем деле. Посольство ЮАР в Бейруте предъявляло очень-очень строгие требования. Мало того, что надо было свои доходы представить – уже когда мы летели в Ливан, мы открыли в Швейцарии счёт, всё это у нас уже было… Но у нас ещё “необжитые” документы были – за нами не было адресов, а это всегда самое такое ужасное… И они иногда хотели рекомендаций. А где нам взять рекомендации?.. Помог случай. Тот преподаватель английского языка, который у нас был, нам не понравился, и мы стали искать другого. И вот я прихожу на
Мы получили визу туда и полетели. Летели через Кению. Сначала мы остановились в Йоханнесбурге, а потом, по каким-то, сейчас уже не помню, соображениям – вероятно, это была рекомендация Центра, мы переехали и разместились в Дурбане [название это Людмила Дмитриевна произносила как “Дёрбан”, значит, как это говорится там. –
И опять на ум приходит «Дубравин». Вот, как нам известно, приехал он в Германию, огляделся – и отправился делать карьеру в химчистку, начиная с «самого низа». В Южной Африке, по словам нашей собеседницы, ничего подобного быть просто не могло. «Устроиться там на работу с нашей подготовкой было невозможно, – рассказывала Людмила Дмитриевна. – Принимали только людей с высокой квалификацией – для всего остального у них своих негров было сколько угодно».
У неё, как у советского человека, был просто шок, когда в их с мужем гостиничный номер пришёл самый обыкновенный электрик, починить какую-то розетку. У нас-то, если надо, монтёр и свою стремянку притащит, и всё прочее, что необходимо, но этот
Так что не высококвалифицированным кадрам без соответствующей подготовки мечтать о работе было нечего… Нужно было идти учиться.
Но так как по своей «легенде» Людмила Дмитриевна с супругом приехали в страну как бы за лучшей долей, они стали ездить по ЮАР, опять-таки – как бы в поисках работы. В этом плане им очень помогла информация от той девушки, что учила их в Бейруте английскому языку. (Как же, однако, везло советским разведчикам на англоязычных девушек в Бейруте!) Новая подруга дала Людмиле столько интересных связей – своих родственников, очень душевных, любезных и гостеприимных, которые с удовольствием принимали нечастных немецких гостей (счастливые по Африке за лучшей долей не ездят), – что под этой маркой супруги объездили чуть ли не всю ЮАР. При этом, в ходе простого человеческого общения, они получили массу очень интересной информации – того, что называется оперативными сведениями. Для того чтобы заниматься там политической разведкой, уровень был не тот, но в оперативном плане удалось узнать много полезного и интересного.
Но даже и в тех «экзотических» южноафриканских условиях могли случиться нежелательные встречи. По счастью, не с однокашниками по вузу, но с мнимыми земляками, что могло оказаться гораздо опаснее.
Если человек родился и вырос не в этой стране, значит, он сюда откуда-то приехал. Место приезда нелегального разведчика определяет «легенда», и, в идеальном варианте, он должен изначально побывать у себя «на родине». К сожалению, жизнь далеко не всегда соответствует идеалу – а что говорить про те, послевоенные в общем-то, времена?
И так у Людмилы Дмитриевны случилось, что в Дурбане, в том сам доме, где они с супругом снимали апартаменты, оказалась одна женщина, приехавшая как раз из той страны, «на документах» которой жили нелегалы, ни разу там, к сожалению, не побывавшие. А мы уже говорили о том, что белые люди за границей старались, в основном, общаться со своими компатриотами.
