28 июня 1980 года самолётом, вроде бы летевшим из Вены (не нужно думать, что даже официально расписанный для «широкой читательской аудитории» маршрут нелегала всегда соответствует реальности), «Дубравин» прибыл в Йоханнесбург. Насколько известно, это был его четвёртый визит в Южно-Африканскую Республику. Вся нынешняя его поездка была тщательно распланирована заранее. Сделав то, что он должен был сделать в столичном городе, Отто Шмидт отправился в город Дурбан, крупнейший южноафриканский порт, расположенный на берегу Индийского океана. Оттуда, опять-таки самолётом, он отправился в Намибию – в её столицу город Виндхук.
А мы вновь обращается к весьма профессионально составленным «Некоторым замечаниям…»: «Это можно назвать чудом, но будущему Герою России удалось не только получить столь необходимое Центру подтверждение добытой из других источников информации о том, что тот взрыв был испытанием ядерного оружия, организованным ЮАР и Израилем, но и передать эти данные по надёжным каналам в Центр. Крайне важными были и сведения об активизации южноафриканскими специалистами работ по изготовлению атомных бомб. В качестве подтверждающей информации в Намибии он узнал о резком увеличении объёмов добычи урановой руды на местных месторождениях и вывозе её в ЮАР. При том что раньше она в полном объёме экспортировалась в США. Профессионал высокой пробы, А.М. Козлов смог своевременно проинформировать Москву и об этом».
Известно, кстати, что ту информацию, которую он получил в ЮАР, Алексей Михайлович передал в Центр через Дамаск.
Что было дальше? Когда полученная советской разведкой информация распространилась во всему миру – разумеется, без ссылки на её корреспондента (т. е. организацию, откуда поступил документ и его автора) – давление США и других западных стран на ЮАР было резко усилено.
Ну и окончательная оценка с точки зрения историков: «Результатом этого стало объявление жестокого эмбарго ЮАР практически всеми странами, что привело сначала к смене правительства и, в конечном счёте, к крушению антигуманного режима апартеида».
«Бомба для апартеида» оказалась «бомбой под апартеид», которая «взорвалась» весьма успешно.
Впрочем, до этого, к сожалению, было ещё далеко – без малого полтора десятилетия…
Как мы сказали ранее, «супергерой», спасающий мир в гордом одиночестве, – это не наш метод. Были и ещё какието люди, выполнявшие ту же самую благородную задачу.
В частности, насколько нам известно (при этом неизвестного для нас намного больше!), в те времена в ЮАР, на военно-морской базе Саймонстаун, служил коммодор (это чин, промежуточный между капитаном 1-го ранга и контр-адмиралом) Дитер Герхардт. Мало того что офицер этот отвечал за строительство и боеспособность всего юаровского ВМФ, а в подчинении его находилось более 2700 человек, так он ещё был и закадычным приятелем адмирала Хьюго Бирмана[185], командующего военно-морским флотом ЮАР, а затем и всеми Силами обороны страны. При этом Герхардт не был африканером, потомком голландских переселенцев, но являлся чистокровным немцем, родившимся в Берлине, откуда его семья уехала в Южную Африку ещё до начала Второй мировой войны. Понятно, что люди, в ту пору покидавшие «Тысячелетний рейх», не принадлежали к числу поклонников фюрера и не разделяли его расовые и тому подобные бредовые теории. Но, как говорится, из огня да в полымя: они фактически оказались там, откуда бежали – в такой же примерно системе, с некоторой коррекцией на африканскую экзотику… Получивший в семье соответствующее воспитание, Дитер Герхардт откровенно ненавидел и апартеид, и «кастово-сословную систему» африканерского общества. По этой причине не то с 1964 года, не то вообще с 1960-го он начал инициативно, на идейно-политической основе, сотрудничать с советской военной разведкой – Главным разведывательным управлением Генерального штаба Вооружённых сил СССР. Отметим, что, в отличие от того же подлеца Гордиевского, он не «сдавал» известных ему разведчиков, а передавал ту научно-техническую и политическую информацию, что позволяла держать режим апартеида «в узде», контролировать его агрессивные и тому подобные устремления. То есть действительно – боролся с режимом, что Гордиевский лишь декларировал, зарабатывая на предательстве конкретных людей.
