Вдохновлялся ли Али религией, политикой или своей преданностью Элайдже Мухаммаду, многие американцы недооценивали его непреклонную решимость. Его слова разожгли огонь ненависти в сердцах белых людей, которые верили, что чемпион-тяжеловес должен быть примером для американской молодежи и символом национальной мощи. Менее наглядным было его влияние на общество чернокожих, в особенности на молодых афроамериканцев, для которых Али становился настоящей иконой. Для бунтарской молодежи религия Али не играла роли – важнее, что он противостоял власти белых и решительно выступал против расизма. Он доказал это перед Спортивной комиссией в Иллинойсе и на ринге против Паттерсона. Как писал основатель партии «Черных пантер» Элдридж Кливер в своей автобиографии 1968 года «Душа на льду», «если операцию в заливе Свиней можно рассматривать как метафорический правый в челюсть белой Америки, то [бой Али против Паттерсона] был идеальным левым хуком под дых». Еще один пример растущего влияния Али: в 1965 году Студенческий координационный комитет ненасильственных действий в Лоундесе, штат Алабама, избрал своим логотипом черную пантеру и прикрепил лозунг, вдохновленный чемпионом, – «МЫ Величайшие». Внезапно его непомерное эго стало символом борьбы за права. Хьюи Ньютон, соучредитель «Черных пантер», признался, что он не интересовался Богом или Аллахом, но именно речи Малкольма Икса и Мухаммеда Али сыграли главную роль в его увлечении политикой.
В 1970 году Али описывал свое растущее культурное значение в интервью журналу Black Scholar: «Я хотел стать ниггером, которого не сможет обуздать белый человек. Идите и примкните к кому-нибудь. Если не к мусульманам, то, по крайней мере, присоединитесь к “Черным пантерам”. Присоединитесь к плохим парням».
Бой с Терреллом отменился, и Али в спешке пришлось искать себе нового оппонента. За два года в статусе чемпиона он лишь дважды участвовал в боях. Пришла пора зарабатывать как можно быстрее и как можно больше, учитывая, что армия США в любой момент могла забрать его с ринга и нарядить в форму. Но на сей раз команде Али пришлось изрядно попотеть, чтобы найти контракт. Получив запрет в Иллинойсе и красный свет в других областях США, Али и его менеджеры обратили свой взор на Канаду, объявив 29 марта бой с Джорджем Чувало в «Мейпл Лиф-гарденс» в Торонто.
Али, вынужденный покинуть родную страну, вновь преисполнился чувством собственной важности. «Свободный мир видит, что со мной обращаются несправедливо, – сказал он. – Это делает меня сильнее. Я всегда знал, что у меня есть предназначение. Моя судьба начинает принимать четкие очертания. Чтобы стать великим, ты должен страдать, ты должен заплатить цену».
Члены луисвиллской группы спонсоров пытались убедить Али согласиться на военную службу. Влиятельные люди в правительстве гарантировали им, что в случае, если Али согласится служить своей стране, он будет находиться вдали от боевых действий. Вероятнее всего, он проведет серию показательных боксерских боев для солдат, как это делал Джо Луис во время Второй мировой войны. Адвокат группы Гордон Дэвидсон вылетел в Нью-Йорк, чтобы достучаться до Али. Дэвидсон верил, что Али был хорошим парнем, но очень уж впечатлительным. «Элайджа Мухаммад влил в его уши много яда, – сказал Дэвидсон. – Али не верил всему этому». Адвокат надеялся показать боксеру, сколько тот потеряет, отказавшись от службы. Он нашел Али в номере люкс отеля «Шератон» на Манхэттене, в окружении дюжины мусульман в черных костюмах. «У меня на столе были контракты на сумму более одного миллиона долларов от различных компаний, включая Coca-Cola, – вспоминает Дэвидсон. – Я сказал ему: “Все они отправятся в мусорное ведро”».
Но Али остался непреклонен.
«Разговор продлился два часа, – рассказывает Дэвидсон. – И в конце он сказал: “Я хочу поблагодарить вас, поскольку знаю, что вы от чистого сердца действовали в моих интересах”. Он был очень любезен и благодарен».
Как и Рокки Марчиано, Чувало был одним из тех бойцов, которые всем своим видом источали гордость и мужество, этакий крепкий орешек, который не боялся получить по лицу. Для Арума, который продвигал бой и оплачивал расходы своей личной кредитной картой, было непросто продавать билеты на это событие. Размеры Чувало и его потрепанное лицо заставили бы содрогнуться любого задиру в баре, но канадец был не чета Али. Пытаясь повысить интерес к заурядному поединку, Али окрестил его международным сражением чемпиона Канады против чемпиона Америки и сделал все возможное, чтобы у публики создалось впечатление, что он опасался проиграть. Как сказал Али, будучи «воином за свободу», он был слишком занят в последние месяцы, чтобы правильно тренироваться. Когда один из спарринг-партнеров Али, Джимми Эллис, сбил его с ног во время тренировки, спортивные журналисты пришли к выводу, что чемпион говорил правду.
