Один лев напружинился и взмыл вверх, и Ян в тот же момент оттолкнул Влада в сторону, едва не заставив рухнуть. Кончик выхваченной из ножен сабли тонко проехался по гладкому боку; лев заскулил, приземляясь и припадая на один бок. Вперед вылетел Ян, обогнав Влада на какую-то долю секунды, — и он удержал заклинание, боясь ударить не по зверю. На второго, разогнавшись, ринулся Джек, пытаясь свалить его на пол, но зверь оказался крупнее… Словно обжег лапы, Джек заскулил, отлетел в сторону, но в следующее мгновение напал снова, не давая пройти дальше порога; они кружили, огрызаясь друг на друга.
Перелетевший через них лев приземлился на все лапы возле стола, хлестнул по бокам гибким хвостом, угрожающе заурчал. Заслоняя Влада, перед ним встал Ян с обнаженной саблей — на лезвии ее различались золотые потеки.
— Ты не дашь мне никого убить сегодня? — храбрясь, уточнил Влад. Вспомнив про гвардейцев, определенно слышавших шум, он быстро нашарил на изнанке их амулеты связи, неразборчиво рявкнул приказ не лезть: кабинет и без того маловат, развернуться негде. Оскалясь, обратился с Яну: — Я, конечно, сердечно люблю кошек, но это, блядь, ни в какие ворота…
Ян не ответил, сосредоточенно гипнотизируя зверя. Закрыл глаза, чтобы открыть их иссиня-черными, без радужки и белка, тягуче замедлил дыхание, а потом рывком кинулся навстречу изогнутым когтям, чудом ускользнул, изломился, легко провернулся. Человек не мог двигаться так одновременно плавно и быстро, точно летел, танцевал — на остро заточенном лезвии клинка, зовущегося Смертью. Сабля голодно пела, мелькали искры, била-секла — и глаз уследить не мог за ее молниеносными выпадами в загустевшем воздухе. То, что играючи творил Ян, звалось боевым трансом. Настоящим, истинным. Не позволив себе восхищенно засматриваться, Влад наградил льва парой мелких боевых заклинаний, подсекших ему лапы. Готов был добить, но позади услышал жалобный вой Джека, о котором, к своему стыду, успел позабыть.
Кивнув, Ян принялся теснить своего зверя в угол, зажимая между книжной полкой и камином. Разъяренный лев бился, врезаясь во все подряд — вот покосился стеллаж, книги повалились на него, шелестя страницами, лавиной погребли, и Ян с ликующим криком насел на него с серией молниеносных атак…
У Джека все было вовсе не так хорошо: лев его пересилил, вжимал в пол, щелкая пастью совсем близко с песьей мордой, но Влад врезал по нему огненным заклинанием, заставляя кубарем скатиться с пса. Шерсть зверя точно вспыхнула, но паленым не пахло. Джек же поспешил подняться, радуясь помощи, теперь он, точно сторожевой пес, гонял льва по комнате, кусая за хвост и задние лапы, вынуждая его бежать прямо под боевые заклинания… Несколько ощутимых ударов лев получил, изрезавших ему грудь, и уставал, не двигался так быстро, не рычал свирепо…
Расправившись со своим противником, Ян добил второго, широко рубанув по шее, пока зверь приходил в себя, лежа после очередного заклинания. Заметив, что тела клубятся дымом, Ян отступил, в смятении оглянулся на Влада, ожидая подсказки, но тот быстро оказался рядом, нащупал на изнанке нити-сердцевины заклинаний и рванул что есть силы, пока было еще время. Это было проще, чем найти суть крылатого волка в несколько этажей высотой.
— То же заклинание, — пытаясь отдышаться, выговорил Влад. — Как у Мархосиаса. Принцип создания фамильяра тот же — можно проследить определенную… подпись мастера. Она надеялась, что застанет нас врасплох в своем кабинете.
— Львы — потому что на ее воротах?.. — предположил Ян.
— Мы оба знаем, как она скучает по временам, когда считалась богиней.
Уставший, чувствующий, что силы на исходе, Влад рухнул на диван, забыв проверить его на враждебные заклинания. К счастью, обошлось: ничего не сверкнуло и не загорелось. Сердце по-прежнему колотилось как бешеное, он оглядывал перевернутый кабинет, книги на полу, рухнувший стол…
— Давай, будь хорошим мальчиком, — ласково увещевал Ян, трепля такого же усталого Джека по загривку. — Ищи! Нам нужна Иштар… Хоть что-нибудь полезное…
Здесь все было — Иштар. Ее вязкие охристые следы, еще поблескивающие золотом на изнанке. Она жила в этом доме не так долго, чтобы плотно врасти в него, — видно, часто меняла жилища, нигде не задерживаясь. Джек пронесся по полуразрушенной комнате, радуясь поручению, тычась носом в ковер, — казалось, его отличного настроения не может изменить никакая битва. Подскочив к покосившейся картине, заскребся и залаял.
— Антиквариат, наверно, — протянул Ян, бережно снимая картину и с трудом удерживая ее из-за аляповатой золотой рамы. — Войцек, да помоги ты!
Он с трудом поднялся и на непослушных ногах подошел ближе.
— Антиквариат, угу, конечно… Бабы голые, безвкусица, подумаешь… И на что она Иштар, она-то вроде по мужикам. — Влад охнул, когда на него свалили картину, но за ней была не беленая стена, а железная дверца, и это мигом отвлекло его от праведных возмущений. — Сейф! Так и знал! Это все начинает напоминать какой-то дешевый детектив…
— Я передумал, — с сожалением признался Ян, — с таким замком не справлюсь, нужно код.
