Память вернулась к Алине вместе с осознанием величайшего горя: погиб Валентин, её первая любовь. Алька тайком плакала, когда не было рядом Димы. Она чувствовала себя предательницей и по отношению к мужу, и к Валентину. Как ей хотелось, чтобы приснился её Валька и сказал, что она ни в чем не виновата, что она может жить спокойно. И он снился. Но не добрый, ласковый, со смеющимися глазами - больной, беспомощный, ищущий Алю. И почему-то он был очень-очень далеко от неё. Как-то, в очередной раз, увидев во сне страдающего Вальку, Алина собрала все силы и крикнула через время и пространство: "Не смей умирать, не смей, слышишь. Я живая! Я по-прежнему люблю тебя! Мы будем вместе!" Слова услышала старая женщина, похожая на тетю Сонечку, она сидела возле кровати Валентина и что-то шептала, её прозрачно-зеленые глаза широко распахнулись, она подхватила Алькин призыв и отправила Вале. Вздрогнул Валентин, открыл глаза. Алька знала - теперь он будет жить. Обрадовалась молодая женщина, протянула руку к своему Валентину, хотела погладить его исхудавшую щеку и... проснулась. И заплакала оттого, что это только сон, что лишь во сне Валя живой. Но у Алины был еще Дима. Внимание и ласка мужа сделали свое дело. Пусть не чувство счастья, а тихая грусть и спокойствие понемногу вернулись к женщине. Она во второй раз начала новую жизнь.
-- Вот рожу мальчика, назову Валей, - сказала она сама себе. - Это будет мой новый Валька. Я с ним ни на минуту не разлучусь!
-- А если будет девочка? - прозвучал в сознании ясный голос Валентина.
-- Девочка будет Ириной, как ты мечтал назвать свою дочь.
Алька испугалась этого диалога.
-- Пресвятая Дева Мария! - взмолилась она. - Неужели я схожу с ума. Нет. Я буду жить. Я должна дать счастье Диме. И мне надо помолиться о покое для Вали. Где-то в городе должна быть работающая церковь.
Но не пошла Алина в церковь. Она не видела мертвого Валентина. Не могла себя заставить женщина молится за его упокой. Не могла и все! В душе жила надежда на чудо.
А сейчас у неё был не только Дима, но самые родные Павел Ильич и тетя Сонечка. Но о Валентине так и не смогла рассказать мужу Алина. А тем временем приблизился Новый год.
Новый год прошёл весело. Алина сумела заставить себя встряхнуться.
Дмитрий и Алька поехали в деревню к родителям мужа. Алька была оживленна, не смолкал её смех. В качестве подарка отцу Дима прихватил красивую бутылку импортного виски. В деревне были наготовлены горы еды, незамысловатой, крестьянской, но свежайшей; немыслимо было съесть всё это нормальному человеку. Виски выпили сразу, не дожидаясь двенадцати часов. Хвалили, утверждали, что это не чета русской водке. Альке даже стало обидно за державу. Она решила немного пошутить. Выскользнув в сени, где хранился самогоночный арсенал, женщина в бутылку из-под виски налила самогонки, закрасила за неимением другого красителя зеленкой, принесла и, подмигнув мужу, объявила, что они с Димой дома не допили эту бутылку виски сорта "Тархун". "Тархун" был сей же час был выпит и удостоился еще более высоких похвал. Дмитрий хохотал до колик. Дальше полилась рекой самогонка, которую Алька никогда не пробовала и которая сыграла с ней злую шутку. Алька глотнула самогоночки, моментально опьянела и, обнявшись с нелюбимой Машей, стали вдвоем голосить деревенские песни, не забывая принимать рюмочку, другую. Откуда что бралось! Дмитрий только диву давался, в конце концов, пошел спать. Это продолжалось до утра. Неизвестно, сколько раз невестка с золовкой приложились ещё к рюмочке, но Дмитрий и проснулся под их дуэт, встал, разогнал, уложил спать. А Алька заслужила теперь в деревне всеобщую любовь, даже Маши. После на другой день у Али болела голова, тошнило, словом, было самое банальное похмелье. Дмитрий посмеивался, называл алкашкой и предлагал стопочку на опохмелку. Альку передернуло от этого предложения, она даже воду не могла видеть, взамен она посоветовала лучше застрелить её. Маша же спала мертвецким сном, у неё похмелий не бывало.
О Вальке Аля так и не рассказала. Слишком свежи были раны, болело ещё всё внутри. Она запретила даже самой себе думать об этом.
После каникул бросилась с головой в работу, чтобы отогнать все воспоминания, которые преследовали её. У неё был теперь Дима, о Валентине она запрещала себе думать. Женщина ждала лета, чтобы навестить тетю Сонечку, планировала поехать в июле с мужем, познакомить их, Дмитрий соглашался, на обратном пути планировали побывать у Алексея с Людмилой.
По просьбе Дмитрия Алексей навел справки о сгоревшем теплоходе "Пётр Первый". Да, в числе ненайденных пассажиров были Орлов Валентин и Соколовская Алина. Алексей писал, что пароход потерпел крушение выше по течению на пятнадцать километров, у противоположного берега. Получилось, что Алька проплыла по течению на бревне около пятнадцати километров, её прибило к противоположному берегу. Поэтому и не подумал никто, что она может быть с теплохода, да и не знали они о катастрофе. Дмитрий потом задал вопрос Альке:
-- Ты хорошо плаваешь?
