Арриан выруливал, чтобы припарковаться в тени дома, прямо напротив той самой студии.
Спустя минуту он разрушил тишину и хрупкий мир между нами:
— К слову об этой истории. Ты должна держать себя в руках, — сделал предупреждение мне он.
Я понимала, о чем он. Буквально вчера меня мотало из стороны в сторону! Но если бы это было так просто, как он говорит!
— Я держу себя в руках! — рявкнула я.
Он замер, наклонившись вперёд, чтобы выключить музыку. И покосился на меня, выражая скепсис. Я выразительно выгнула свою бровь, намекая, что не настроена на мир. Его бровь поднялась мне в ответ. Я фыркнула и отвернулась, скрестив руки на груди. Молчаливая баталия была прервана:
— Салдарина, — обратился он ко мне, судя по голосу — ухмыляясь тому, что я надулась, — твои глаза вспыхнули, когда ты ломала розы. Это могли заметить люди.
В его замечании была логика и смысл. Но мои эмоции…
— Я их ненавижу! — выдохнула я.
Он глубоко вздохнул.
— Тебе стоит сменить квартиру.
Я даже усмехнулась. Даже обижаться на его совет не стану. Смешно!
— Ты говоришь, прямо как Николас! — воскликнула я, а затем добавила уже спокойнее: — Но дело в том, что я не могу. Мне это не по карману!
— Значит, дело в деньгах?
— Вот! Вот прямо как он.
— Дара, я серьезно, — произнес Арриан, поворачивая руль. — Дело только в этом?
— Просто взять и всё бросить из-за двух глупых старух? Проще не обращать на них внимания.
Я отмахнулась. Я всегда так делала. Хотя что Арриан, что Николас — они озвучивали мои собственные желания.
— Ты сегодня плакала из-за них. Считаешь, это пустяк? Как давно это происходит?
Я не смотрела на него, разглядывая кирпичи на соседнем здании. Руки все так же держала сложенными на груди. Мне неуютно было рассказывать всё это ему.
— Да ещё в первую нашу с тобой встречу посыпалось. И до этого — как Ник объявился. Да кого я обманываю — хватало моментов, но не так часто…
— Понятно.
Его заключение звучало как-то… Холодно и жутко. Будто стоило мне подтвердить его мысли в голове…
— Только давай ты не будешь включать героя-защитника и лезть во всё это!
Я не стала добавлять, что мне хватало за глаза порывов от Ника. Ещё одного мужчину с синдромом альфа-самца я не переживу. Да и эти старушки были достаточно безобидны.
— Я не собирался, — как-то недовольно отозвался Арриан, будто я его оскорбила. — Но последствий… Твоему
Я вышла из машины.
— Что ты хочешь сказать? — спросила я.
Я сжалась, ощущая, как ветер стал снова трепать мои волосы. Зябко. Весеннее солнце совсем не греет.
— Что сейчас твои эмоции и отсутствие контроля это слабые стороны и большая опасность.
Он смотрел на меня с расстояния, которое я не решилась сократить. Три шага, но напряжение между нами звенело, стоит сделать шаг навстречу, и я не выдержу.
Я отлично читала между строк. Постучав пальцем по руке, я выдала:
— Сравниваешь меня с Ником? — мои ноздри раздулись.
— Будь у тебя твои силы… Да. Вы были бы оба достойны носить запечатывающую татуировку.
Его слова звучали так расчётливо! Я задержала дыхание, ощущая, как расцветает обида в моем сердце. Он ведь всерьёз говорил это обо мне! Сильных магов, что не владеют собой и могут натворить бед, нужно взять под контроль. Я смотрела перед собой, осмысляя сказанное.
Печать.
Отлично. Разве не это со мной случилось в детстве?
— Спасибо, что напомнил мне об этом! — выпалила я. Арриан задел меня за живое. — Я и забыла, что со мной сделали!
— Дара! — растерянно позвал меня Хранитель.
Арриан не думал меня обижать, но обидел!
Я психанула и уже рванула вперёд, оставляя его позади.
Я потянула на себя тяжёлую черную стеклянную дверь.
Зашла внутрь. Пахло кофе и немного хлоркой. Я осмотрелась. Типичный лофт. Три широких массивных окна в половину каждой стены, позволяющих дневному свету беспрепятственно проникать внутрь. Со стороны улицы стекла под затемнением, скрывающим от посторонних глаз полуобнажённых клиентов и жизнь тату-студии. Высокий потолок уходил вверх на несколько этажей, поэтому внутри дышалось легче и стены не давили. Из-за большой площади пространство самой студии делилось условно на два этажа. Лестница с металлическими перилами и деревянными ступеньками уходила вверх, на второй этаж. Оттуда была возможность подглядывать за жизнью на первом, если подойти к стеклянному ограждению, положить руки на металлические перила и опустить голову. А вот подсмотреть, что происходит там, — возможности не было из-за магического барьера.
На первом этаже имелся целый бар с витриной еды для посетителей. Кофе варил милый бариста в черном фартучке. Конечно же весь в татуировках и в кепке, надетой козырьком назад. Одно ухо проколото, кажется, дырок на семь — кольца по хрящу и серьга с крестом в мочке. Симпатичный.
