Как же сильно я его ненавидела в этот момент… Никого и никогда я не ненавидела так же сильно, как Николаса Рейнсейра, которого сейчас мечтала проклясть.
Я чувствовала себя заряженной бомбой, которая вот-вот рванет. Арриан не успел мне помочь, хотя его ладони легли на мои плечи и сильно их сжали. Я со всей силы и злости стукнула кулаком по полу — в ответ моя магия отозвалась и все вокруг с жутким хлопком резко погасло. Костяшки взорвались тупой болью, а по руке прокатилась слабость, но пелена ярости застилала мне глаза и притупляла боль, так что я практически не обратила на нее внимания.
Я оскалилась, поглощённая своими мыслями, воображая, как смогу потоптаться на достоинстве Ника, как втопчу его в грязь и обыграю. А затем почувствовала во рту привкус крови и поняла, что поцарапала изнутри губу… Приложила пальцы ко рту, закрывая его от чужого взора. Рассеянно провела по губам, задевая зубы, и ощутила, что клыки непривычно заострились, как у хищника.
— Салдарина! — мужской раскатистый голос прозвучал в моей голове. Это обращение было полно силы, взывающей к моему разуму и трезвому рассудку. Он не успокаивал меня, как раньше. Сейчас он взывал. Он проявил своё влияние — власть сильнейшего. Никакого принуждения, только призыв, а голос — протянутая рука помощи, что вытащит тебя из бездны, стоит только за нее ухватиться. Холодная, могучая сила Хранителя отрезвила. В сравнении с ней я была букашкой, ничтожеством. Она заставила погаснуть всю вспыхнувшую ярость, оставив после неё только едва тлеющие угли.
Наваждение спало, но вкус крови остался на языке, как напоминание.
Я медленно подняла голову и столкнулась в темноте квартиры с жёстким взглядом
Внутри меня что-то сжалось. На кого я похожа? Что я творю?
— Прости меня… Пожалуйста, прости… — я подняла голову и горько прошептала: — Я не хотела. Не хотела причинить тебе боль.
Меня начало трясти. Комок в горле никуда не уходил, застряв там и превратив мой голос в сиплый хрип.
Арриан отвёл свой взгляд, полный боли и обречённости. А потом просто наклонился и, подхватив меня за подмышки, поднял, прижимая к себе. Его рука поддерживала меня за талию, а я повисла на нем, неловко обнимая за шею. Не знаю, имела ли я ещё право на подобную близость. Арриан так и не ответил мне, сможет ли он меня простить за поцелуй Николаса.
А смогла бы я?
Я закрыла глаза. Наверное, поцелуй я смогла бы простить. Но какой? Полный страсти — точно нет.
Николаса я так не целовала. Я толком и не поняла, что между нами было. Попробовать на вкус — не больше. Неудачная, глупая ошибка. Однако, я все равно предала Арриана и его любовь ко мне. Если это последние мгновения вместе, я не упущу ни секунды. И я, уткнувшись носом в основание мужской шеи, вдохнула аромат наступающей грозы — будто я оказалась где-то далеко, в полях, среди луговых трав и шелестящих колосьев. Своим движением я вызвала у Арриана стон — в нем мне послышалась боль, и мое сердце кольнула совесть.
— Я не могу тебя защитить, не могу тебе помочь, если ты не дашь мне эту возможность! — произнес Арриан, двигаясь к кровати в практически полностью тёмной квартире.
Он помог забраться на постель, я села и подтянула колени к груди. Я сжала кулаки и нахмурилась в ответ на его слова.
— Я сама с этим разберусь. Сама разберусь с Ником!
— Ты чувствуешь в себе силы на это? — с вызовом спросил Хранитель.
— Да, — прозвучал мой твердый ответ, и я ни капли не лгала.
Арриан опустился рядом со мной на кровать.
Мы молчали.
— Просто будь рядом. Позволь мне участвовать в вашем плане. Ты так хотел, чтобы я помогла, а теперь… Пытаешься наставить меня на путь истинный. Поверь в меня, Арриан, как верил всего день назад.
— Ты хочешь этого, потому что…
Я не дала ему закончить:
— Он слишком высокого о себе мнения. У него не добрые намерения, и я… Не дам его планам сбыться.
Раньше у меня не было причин выступать против Николаса. Теперь есть.
Мы смотрели вперед, в темноту квартиры. Не было ни единого огонька на технике, на котором можно было удержать свой взгляд.
Интересно, как скоро этот дом начнет присылать жалобы Арриану за участившиеся перебои? Они же выяснят это, стоит только привлечь нужных магов. Здесь почти всё работает и держится на магии. Поправить сбитую мной систему заклинаний можно. Как скоро всё починят — зависит от мастерства специалиста.
— Ты не ответил мне, — я разбила тишину своим полушепотом, возвращаясь к щекотливой, но животрепещущей теме наших отношений. — Ты простишь меня?
— За то, что поцеловала Николаса? — холодно и сухо уточнил Хранитель.
Сердце болезненно часто забилось в груди от волнения. Какой ответ он мне даст? Конец ли это всему?
