Алхимики Лума полностью

— Когда пришло время второго испытания, я понял, что не пройду его. Половина из нас не прошла бы. Но тогда мы знали больше. Мы знали, что до Драконов были дни, когда люди учились так, как хотели. Когда ты мог бы стать кем-то большим, чем то место, где ты родился, и то, в какой среде ты родился. Поэтому мы сбежали.

— Любой, кого поймают за побегом из Гильдии, может быть предан смерти. — Законы, установленные Драконами, вдруг стали казаться не такими уж и разумными, когда перед ним предстал вполне способный человек, который, если бы они строго соблюдались, пропал бы из этого мира.

— Любого, кто не пройдет первое или второе испытание Гильдии, ждет верная смерть. Если ты сбежишь, тебя могут просто посадить в тюрьму, чтобы убедить вернуться, прежде чем убить талант… Так было с моими друзьями.

— Но ты же не умерла и не сидишь в тюрьме.

— Нет.

— Как?

Флоренс долго молчала. Она сосредоточилась на выборе картечи из тех, что уже сделала, и изготовила одну или две новые. Время от времени она поглядывала на него уголками глаз, ожидая. Кварех прислонился затылком к стене и стал ждать. Он не стал повторяться, да и не нужно было. Ему просто нужно было набраться терпения, чтобы она сама разобралась с этим.

— Мы с друзьями сбежали через Подземелье, — бодро сказала Флоренс. — Семеро погибли, троим удалось выбраться. Двоих поймали на Тер.4.2.

— Как ты… — Кварех уже знал ответ на свой вопрос. Он знал, кто помог Флоренс проделать оставшийся путь в безвестности: единственная женщина в мире, которая, казалось, избежала любой поимки, любой погони.

— Она спасла меня. — Флоренс улыбнулась, видя, как он складывает все воедино. — Я бы не выжила, если бы Арианна не протащила меня на тот грузовой корабль.

Точки соединялись одна за другой, образуя временную линию, проходящую через пробелы в истории. Арианна встретила Флоренс, забрала ее на Тер.5. Они добрались до Дортама, и она прославилась как Белый Призрак, враг всех драконов. Но почему? Все, что было до встречи с Флоренс, по-прежнему окутано тайной хаоса.

— Она жила в Тер.4.2? — предположил он.

Флоренс покачала головой.

— На самом деле я не знаю. И прежде чем ты спросишь, я не знаю, откуда она могла быть. На самом деле я знаю не больше, чем ты. Она Мастер Клепальщик…

Это была новость. Он не знал, что она мастер.

— И она ненавидит Драконов больше всего на свете. Ее первым правилом, когда она взяла меня с собой, было то, что я никогда больше ни о чем не должен спрашивать.

— И ты никогда не спрашивала, — заметил он.

— И я никогда не спрашивала. Неважно, кем она была. Важно, кем она может стать… — Руки Флоренс замерли на одной из шкатулок, остановившись на середине. Она говорила только для себя, едва слышно шепча. — Если бы только я могла заставить ее увидеть это.

14. Арианна

Арианна стояла каменной горгульей на вершине одного из шпилей, окружающих порт Тер.5.2. Магия пульсировала в кончиках ее пальцев, обволакивая кабели и зажимы, делая хватку железных конструкций вокруг нее надежной и крепкой. Она наблюдала, как мужчины и женщины занимаются своими делами.

Драконы вместе с мастерами гильдий входили и выходили из дирижаблей. От одного только вида этого зрелища ей захотелось сблевать от отвращения. Фентри — нет, не просто Фентри, а мастера гильдий, — охотно и открыто общающиеся с Драконами. Она помнила времена, когда мастера гильдий олицетворяли собой все чистое и истинное в академическом мире, когда они были столпами Гильдий. Теперь же они выдавали свои секреты угнетателям, словно собаки, возвращающие подброшенный мяч.

Мир изменился за те почти три года, что она провела в Дортаме. С каждым днем он все больше отдалялся от земли, в которой Арианна родилась. Теперь казалось, что он мчится к будущему, которое мало заботится о прошлом.

Линия почти врезалась в ее плоть, так крепко она держалась за нее. Она была не лучше тех, кого осуждала. Она работала с Драконом, приютила Дракона; она позволила Дракону впитать ее. Наконец линия прокусила ту же руку, что и Кварех, пустив кровь. Разум предал ее, наполнив мыслями о том, как он смотрел на нее, пока питался.

Арианна зарычала на это воспоминание, прогоняя его в глубины сознания. Разжав пальцы, она наблюдала, как медленно затягивается рана на руке. В ней тоже была часть Дракона, причем больше, чем она могла бы признаться кому-либо.

— Ева… — Она коснулась запястья, и напряжение спало с плеч Арианны. — Я возвращаюсь. Я возвращаюсь, наконец-то. Я закончу то, что мы начали.

Именно это отличало ее от тех, кто общался с Драконами внизу, от Химеры, гордившейся тем, что она — часть Дракона. Арианна действовала не для себя. Она не брала органы Дракона ради удовольствия или эгоцентричной власти. Она помогала Квареху не ради нее самой и не для того, чтобы воспользоваться его благодеянием в личных целях. Она сделала это ради своей миссии, ради Лума, но больше всего ради мести.