Он тащил его под руку подальше от людных кварталов. Блуждая, они вышли на набережную, спустились к реке и присели на ступени. Вода плескалась совсем рядом, ясная Луна проложила дорожку, маня в даль. Вдруг Лев засмеялся, заразительно, по-детски, так, что Борис сразу же перестал злиться и заулыбался.
— Ты что серьёзно хотел треснуть этого рептилоида по башке? Ну ты даёшь, ты же ему максимум по пояс, только стул сломал бы.
— Но попробовать очень хотелось! Как будто тебе не хочется кого-то треснуть?
— Нет, не хочется. Зачем?
— На, выпей, может тогда поймёшь, — он вытянул из-за пазухи флягу и протянул ему. Борис глотнул.
— Коньяк, — едва поморщился он. — А я-то думал, откуда у тебя утром выпивка? — и глотнул ещё. Нависла напряжённая тишина.
— Знаешь, Боря… Мой далёкий предок воевал с вами, русскими… Его ранили под Сталинградом и взяли в плен, так он и остался в России. Потом его потомки тоже и жили с вами, и никто не вспоминал, кто мы, немцы или русские.
Борис вопросительно поднял бровь:
— Это теперь имеет какое-то значение?
— А ты видел, что они делали в ту войну? А я посмотрел. Я видел, Боря как снимали кожу с людей, как из неё шили абажуры, как из детей выкачивали кровь, и знаешь, что, Боря?.. Это и сейчас во мне. Мне нравилось это видеть. Боря, что со мной? Что во мне сидит? Почему я такой? А что, если это не только во мне, но и в тебе, и вообще во всех?! Может, если нас кинуть в один котёл, то мы опять начнём жрать друг друга?.. Я пью Боря, мне хочется разорвать себя и выжить эту мерзость, что во мне сидит, — тут он схватил Бориса за грудки и, глядя в глаза, встряхнул. — А может начать с тебя, Боря? Посмотреть, такой ли ты чистенький внутри, как снаружи?
Безумие искрило в его глазах, в уголках губ пенилась слюна, губы дрожали. От такого поворота Борис опешил. И тут сзади кто-то дотронулся.
— Мальчики-и-и, как дела? Поможете женщине провести вместе эту лунную ночь? — раздался мягкий голос. Они оба обернулись, как сомнамбулы, выпавшие из другой реальности. Перед ними стояла женская фигура, по которой струилось алое шёлковое платье; чёрные волосы, губы и глаза будто подчёркивали образ тёмного ангела или ведьмы, которая спустилась, чтобы остановить грядущее безумие.
— Мира! — пьяненько воскликнули они в один голос.
— Дед послал меня к вам. Он будто знал, что непременно настанет момент, когда два петуха затеют драку. Ну что, мальчики, время ещё есть, идём кутить или вы уже выдохлись? — взяв обоих под руки, она повела их в ближайший ресторан.
Веселье продолжалось до утра. Пили только шампанское, танцевали то вальс, то танго, то снова вальс; пели романсы и нежный блюз. Мира будто вела их по новому пути, светлому и чистому, а бездна безумия, разверзшись на мгновение, захлопнулась, как и не бывало. Но Борис всё помнил, и чувствовал, что это только начало.
Утром их разбудило уведомление о новой почте: всем троим одновременно пришли письма с разрешением повторить миссию в дальний космос. В качестве представителей галактического Содружества должны были присоединиться рептилоид Шир, Веста от Роя, орфеяне Гир с женой и уже подросшим ребёнком, а также полиаморф Би. Все трое были явно недовольны: зачем такая людная миссия, да ещё и ребёнок. Но возражать уже было бесполезно, как и заводить речь об отказе. Им предстояло стартовать в кратчайшие сроки, поскольку остальные участники экспедиции уже ждали финального прыжка у портала.
Мира, Борис и Лев вышли из портала и направились к ангару, откуда должен был лететь их корабль. Шли налегке, только с личными вещами, корабль подготовил сам Дед, поэтому никто не сомневался в наличии всего необходимого. Инструктажа, как такового, не было, Борис думал, что получит письмо в полёте, а Лев вообще ничего не ждал — перестав пить, он опять стал холодным и отстранённым. Все материалы экспедиции были у Миры, и она вводила остальных в курс дела. В сравнении со вчерашним кутежом и загулом было скучно.
После старта и выхода на курс, земляне, а также давние друзья — Гир и Фея, Шир, Веста и Федя, — встретились в зале-столовой. Мира спросила про малыша орфеян Кая, и Фея ответила, что он сейчас занят уроками, и не будет им мешать. Борис, как и в прошлый раз, негласного возглавил экспедицию, а Лев поприветствовал всех кивком головы, сел в углу, и ушёл в себя, давая понять, что для него участие в тягость.
— Для начала хорошо бы, — сказал Борис, — чтобы каждый представитель своей планеты рассказал о причинах участия в экспедиции. Я читал отчёты о предыдущей миссии к этим галактикам, все вы так или иначе отказались от дальнейших контактов, интересно узнать подробности.