— Петрович, посмотри, этот? — Анжела протянула конюшему фотографию Славки.
— Ну–у–у… милая, я ж не разгляжу! Глаза у меня уж не те. Волосы вроде не такие! Короче да и тёмные. И ещё он в очках всегда, глаз не разглядишь.
— А рост каков? Телосложение? — вставил Влас.
— Ну–у–у… Щупленький, невысокий, лёгкий, но крепкий парнишка, прыгучий. Лихо запрыгивает на Барсика, с ноги, без всяких подмог. А ещё! У него здоровое кольцо с синим камнем на пальце. Очень приметное.
— А имя есть у этого окольцованного?
— По-моему, Стас… Станислав. Или я путаю. Мне как бы ни к чему!
Анжела и Влас переглянулись.
— Это он.
— А по каким дням приезжает этот парень?
— Вроде по пятницам или по субботам… Нет, в выходные не приезжает. В прошлую пятницу точно был. А вот раньше… хм. Может, и в четверг. Я не помню.
Влас почувствовал, что это верный вариант, что Славка рядом. Теперь нужно расставить силки на птенчика, подкараулить и… Влас был уверен, что он скоро увидит Славку, но теперь появились вопросы: как поступить с ним? Как заставить вернуться? А вдруг Славке противно всё, что связано с Власом? Насколько необходимо применение силы?
И Влас решил, что не будет никого призывать на помощь. Никакой полиции, никакой службы безопасности банка, никакой фирмы «БеSпроблем», никаких друзей. Влас решил, что справится сам, хотя план действий выстроить не мог. То придумывал, что он догонит и увидит в его глазах взаимность, тогда просто поговорит, убедит. Сомнительно… То представлял, что схватит Славку, утащит в пустой денник и заставит поверить его поцелуям. Глупо… Представлял и то, как накинет на Славку тёмную попону, скрутит трепыхающееся тело, кинет на заднее сиденье в машине и умчит на свой шестнадцатый этаж, а там привяжет к кресту, только после этого поговорит. Ещё глупее… Единственное, что он знал точно, что не уступит, не отпустит, и если надо, то будет использовать запрещённые методы.
Влас взял дни в банке, отложил важные переговоры. И уже третий день жил в конном клубе. Оделся попроще, свою приметную машину поставил подальше от глаз, работал в конюшне: начищал Гвидо и Барса. Всматривался в посетителей. А вечером выезжал в поля на Гвидо и наблюдал безмолвный закат, который ничего, кроме завтрашней жары, не предвещал.
В четверг, часов в пять, Влас стоял около полосатого столба–указателя и наблюдал под беспощадным солнцем групповое занятие деток лет двенадцати в манеже с геотекстильным покрытием. Издалека увидел бегущего к нему пацана, внука Петровича — Артёмку.
— Деда велел передать, — задыхаясь, прокричал он, — что ваш парень прикатил! Барса потребовал!
Сердце ухнуло. Влас побежал к конюшне.
Дамы и господа! Уникальный номер с птенцом–хищником! Птицы плохо поддаются дрессировке! Все зависит от воли и терпения дрессировщика! А в нашем случае ещё и от любви!
========== Номер тринадцатый: «Парад-алле» ==========
Денник Барса был пуст. Из–за заграждения для сена выбежал Петрович и махнул рукой в сторону выхода:
— Там уж! В синей рубахе и с косынкой на башке.
Влас подбежал к своему Гвидо, накинул потник, седло, начал застёгивать подпруги. Пальцы перестали слушаться, и только усилием воли он заставил себя не торопиться, застегнуть и подогнать всё по уму, а не кое–как. Заскочил на коня ещё в конюшне, направил Гвидо на улицу. Парня в косынке и в синей рубахе увидел не сразу — мешались люди, которые вернулись с конной групповой прогулки и неторопливо спешивались на руки тренерам. Но когда мало–помалу люди–кони разошлись, Влас и разглядел. Он и по спине понял — это Славка. Рубаха насыщенного синего цвета была завязана на животе в узел, на голове серая бандана с каким–то мелким голубым рисуночком. Влас затормозил: что делать? Окликнуть? Незаметно подкрасться? Но парень повернулся сам, как будто почувствовал.
Ух! Один взгляд пристальный, затягивающий, чёрный, другой изумлённый, со всполохами смешинок, голубой. Мгновение контакта, и Славка быстро повертел головой, видимо, прикидывая, есть ли у Власа подмога в виде полиции, ОМОНа, армии. Не обнаружив, он лихо взлетел на Барсика, пронзительно свистнул и сразу встал в стойку для галопа. Барсика сорвало с места, он как будто дожидался шанса поноситься. Славка погнал коня прямо на добротный заборчик и заставил Барса перепрыгнуть его. У всех тех, кто находился поблизости, открылись рты. Влас сорвался следом, но ему пришлось заборчик огибать, ведь он джигитовкой не занимался.
Гвидо предъявил весь свой андалузский темперамент, выстукивая кастаньетами копыт дробь и выбивая клубы пыли, он стремительно нагонял молодого жеребца–ахалтекинца. Сквозь горячий ветер поля, сквозь берёзовые рваные тени рощи, сквозь стрекотню кузнечиков на лугу несутся эти двое! Вряд ли знает Славка, куда скачет, он просто удирает от того, кто всегда выполняет свои обещания. Вот и сейчас он нашёл его. Этого не должно быть! Но это так!
Догнать Славика казалось невозможным, между ними расстояние метров пять. Бежать до тех пор, пока одна из лошадей не упадёт? И Влас кричит:
— Сла–а–ава–а–а, яа–а–а люблюу–у–у!
