Поиски велись больше вокруг Сент-Ярлат-Кресент, чем вокруг «Буков». Ведь именно здесь дети были счастливы, здесь они забрали Грохота и оставили последнюю записку. Лиззи перебирала фотографии Мод и Саймона. Полицейские попросили самые последние снимки, которые они могли бы использовать, если к завтрашнему дню не будет никаких новостей. Они явно отказались от намерения добиться чего-то полезного от Кеннета и Кей. Лиззи достала большую коробку со множеством чудесных фото со свадьбы Мэриан. Но может быть, больше пригодится тот снимок, на котором близнецы были вместе с Грохотом? Она не должна позволять себе думать, что с детьми что-то случилось. Это же Ирландия, а не какое-нибудь опасное место; ничего не может произойти с ними здесь.
– Я хочу сказать, никто ведь не сделает что-то с детьми, нет? – со страхом спрашивала она полицейского, показывая ему прекрасное фото Мод и Саймона в килтах перед церковью.
Полицейский посмотрел на два серьезных маленьких личика и откашлялся. Он ненавидел случаи, связанные с детьми.
– Нам приходится надеяться, миссис Скарлет.
По выражению его лица Лиззи поняла, что есть возможность и не слишком хорошего конца, и по ее щекам снова потекли слезы.
– Понимаете, нужно хорошенько их узнать, чтобы понять, что они немножко странные, не совсем от мира сего. У них просто возникает какая-то идея, и они готовы следовать за ней куда угодно.
– А они могут довериться незнакомому человеку, как вы думаете? – Здоровенный полицейский подал Лиззи бумажный носовой платок.
– Конечно могут. Они бы пошли за Джеком-потрошителем, если бы он явился к ним с каким-нибудь планом! – Лиззи уронила голову на стол и громко зарыдала.
Матти подошел к ней и неловко похлопал по плечу:
– Если бы мы представляли, какая безумная мысль может прийти в их маленькие головы в тот момент, когда они сорвались с места, то моментально бы их нашли. – Он снова покачал головой.
По всему Дублину люди старались сообразить, что могли придумать дети. Но безрезультатно. Мод и Саймон, надолго предоставленные самим себе в некоей странной, беспокойной и переменчивой жизни, придумали собственный маленький мир, куда никто не мог за ними последовать.
– Знаешь, а когда мы их найдем, все окажется слишком очевидным, – сказала Кэти Нилу.
–
– Да ладно, ты же не всерьез! Зачем говорить такие ужасные вещи?
– Я только повторяю то, что говорят полицейские. Им все это очень не нравится, – ответил Нил.
Близнецы понятия не имели, какой из-за них поднялся шум. Для них все было чрезвычайно просто. Матти обещал взять Мод и Саймона на скачки в их день рождения. Чтобы они услышали настоящий грохот копыт. Он именно туда и уехал, а его жена Лиззи просто не хотела в этом признаваться. И они составили собственный план. Они отправятся на ипподром и найдут Матти. Они прямо спросят его, за что он на них рассердился. У них было пять фунтов и восемьдесят три пенса. Это куча денег, но хватит ли их для того, чтобы оказаться за сотню миль отсюда, в графстве Килкенни? Они всю ночь обсуждали это. Кто стал бы им возражать? Отец куда-то отправился со стариной Барти, мать в эти дни совсем не выходила из спальни, а Уолтер уехал из дома. Они взяли по пластиковому мешку с ручками и положили туда запасную обувь, большой свитер, пижаму, банку джема, буханку хлеба и два ломтика ветчины. Потом последовала оживленная дискуссия насчет мыла. Саймон полагал, что, куда бы они ни пришли, мыло там найдется. Мод сказала, что, раз уж они собираются ночевать в сараях и амбарах, а то и в поле, глупо думать, что в таких местах будет мыло. И они взяли небольшой кусок на всякий случай. Потом, вскоре после рассвета, когда пришел первый автобус, близнецы перекусили своими запасами и отправились на Сент-Ярлат-Кресент. Они не собирались уходить без Грохота.
Но пяти фунтов не хватило бы на дорогу до Килкенни.
– Что люди делают, когда им очень нужны деньги? – гадала Мод.
– Они зарабатывают, или воруют, или выигрывают в лотерею.
– Лотереи не будет до субботы, – возразила Мод.
– А есть еще офис Матти, – сообразил Саймон.
После этого все было просто. Они долго изучали газету, прежде чем туда войти, и записали решение на листке бумаги. Мистер Кин хорошо их знал.
– Все проказничаете? – спросил он, как всегда.
Они ответили, что так оно и есть, и сделали ставку. Два фунта на победу лошади по кличке Интернет Дрим.
– Ради вас я нарушаю все правила, – сказал мистер Кин. – Я впустил в свою контору малолеток, да еще и нечто четвероногое.
– Матти попросил нас поставить за него.
– А где он сам, этот парень, он и вчера не приходил.
Они были готовы и к этому вопросу. Они не могли сказать, что он уехал на скачки в Килкенни, ведь в таком случае он сам бы делал ставки там.
– Ему нужно сегодня сделать кучу утомительных дел для его жены Лиззи, вот он и попросил поставить за него, – ответил Саймон.
Сэнди Кин кивнул; все выглядело вполне разумным.
– А можем мы здесь подождать, чтобы отнести ему выигрыш? – вежливо спросила Мод.
– А вы не против подождать снаружи? Честно говоря, вы слишком малы, чтобы вас увидели здесь.
