– Нет, я тебе не верю. В итоге ты заявишь, что он был жертвой, что он заслуживает нашего сочувствия.
– Что я такого сделал, милая? Почему ты нападаешь на меня? – обиженно спросил Нил.
– Не знаю, Нил, я действительно не знаю. Мне хочется убить Уолтера, убить собственными руками. Если бы я была чуть более терпеливой, эти глупые дети не сбежали бы.
– Ты слишком много работала. У тебя просто не было времени, – напомнил Нил.
– Нет, Нил, я просто не нашла времени, а это другое дело.
– Но у меня для тебя сюрприз. Я не собирался говорить раньше, но теперь, думаю, ты должна узнать.
– Сюрприз? – Кэти настороженно посмотрела на него.
– Ты действительно очень устала, милая. Я поговорил об этом с Томом. Он сказал, что может обойтись без тебя, и я забронировал нам поездку в Марокко на неделю.
Он ждал, что Кэти выразит удовольствие, но был разочарован.
– Нил, это так мило с твоей стороны, но – нет.
– Она уже забронирована! – воскликнул он.
– Я даже думать не могу ни о чем, кроме пропажи детей, и я, вообще-то, совсем не хочу куда-то ехать, мы слишком заняты.
– Но Том сказал…
– Том – добрый человек. Он говорит то, что, как ему кажется, люди хотят от него услышать. По большей части, – добавила она, вспомнив о рыданиях Марселлы по телефону. – Нил, можем мы поговорить об этом в другой раз?
– Когда тебе покажется, что ты хочешь отдохнуть, – раздраженно ответил Нил.
– Ну, не сейчас, когда мы сходим с ума из-за Саймона и Мод.
– И не в другое время, Кэти. В последние дни у тебя вообще нет времени для разговора, да и возможности такой нет.
– Не понимаю, о чем ты.
Лицо Нила стало жестким.
– Если я заговариваю о выкидыше, то говорю не то и расстраиваю тебя. Если молчу, то слишком холоден и бесчувствен, потому что забыл о нем.
– Ничего подобного.
– Но так оно выглядит с моей стороны. А когда я что-то делаю, пытаюсь увезти нас обоих отсюда ради короткого покоя…
– Поездка в Марокко не ради покоя, а для того, чтобы посмотреть, понравится ли мне Африка…
– Ох, замолчи, Кэти! Это тебе не к лицу. Если бы я предложил отпуск на острове Мэн, ты бы точно так же отказалась. – На лице Нила появилось выражение, совершенно незнакомое Кэти. Он был очень, очень разгневан.
– Я была бы бесконечно рада отправиться в отпуск, – медленно начала она, – но только если мы это обсудим вместе, а не тогда, когда ты сообщаешь, что уже заказал нечто…
– Не беспокойся, отпуск с тобой – последнее, что сейчас у меня на уме, – сказал Нил, и они доехали до «Буков» в молчании.
Полицейские обыскали сарай, чашу для пунша не нашли, но там было множество других вещей, и они попросили Кэти взглянуть на них. Сначала ей показалось, что среди них нет ничего, принадлежащего «Алому перу», а потом она увидела несколько лопаточек и вилок для салата и льняную скатерть.
– Эти лопаточки и вилки для салата – подарок родителей Нила на прошлое Рождество, а на скатерти наш номер из прачечной, – произнесла она тихо, без выражения.
Нил хмуро кивнул. Полицейские казались полностью убежденными. Это позволит арестовать Уолтера, когда его найдут.
Отец Нила заявил полиции о пропаже компьютера:
– И я хочу, чтобы вы знали: племянник он мне или нет, мы намерены дать ход делу.
Они кивнули.
– У вас есть какие-нибудь догадки насчет того, зачем он мог забрать детей, сэр?
Полицейские уже давно решили, что нет смысла разговаривать с родителями близнецов. Они возлагали серьезные надежды на Джока Митчелла, который выглядел нормальным человеком и прекрасно понимал, что двое девятилеток оставили записку и исчезли из дома.
– Я совершенно этого не понимаю, – ответил Джок Митчелл. – Уолтер вообще никогда о них не упоминал, а если я сам спрашивал, то отвечал неопределенно, как будто действительно ничего не знает.
– Он даже не замечал, что они в доме, – сказала Кэти. – Никогда никуда не брал их с собой, это я знаю совершенно точно. А сбежал, так как решил, что мы его поймали.
– Но слишком уж много совпадений, что они исчезли в один и тот же день, – возразил Нил.
– Нил, ты никогда его не слушал. Клянусь, они ничего для него не значат! Он не похищал их, не брал в заложники или что-то в этом роде.
– Послушайте… – неодобрительно произнес Кеннет, словно весь этот разговор зашел слишком далеко.
Все посмотрели на него, ожидая, что он собирается сказать. Но он не сказал ничего.
– Извините, – наконец пробормотал он.
– Они могут все еще быть где-нибудь неподалеку, – с надеждой предположил Джок.
– Но кому бы они позвонили? – спросила Кэти. – Вот что меня угнетает сильнее всего. Они ведь звонили всем, и никто их не слушал!
– Они могут быть где угодно! – стонал Матти.
– Им всего девять, люди заметят двоих детей с собакой и начнут расспрашивать. А они особенные, полицейские быстро их найдут! – изо всех сил старалась успокоить их Джеральдина.
– Нет, полицейские понятия не имеют, где они, и все просят нас подумать о возможных местах и известных приятелях, а мы ничего не знаем об их жизни… Бедные малыши! Почему они не могли оставить их здесь, вместо того чтобы тащить в «Буки»?
– Они должны были туда вернуться, – сказала Лиззи, поскольку верила в это.
