Прежде чем Ханна успела высказать свое неодобрение любому городу, где могли оказаться дети бедной Лиззи, Кэти увидела, что к ним снова кто-то направляется, и, к ее ужасу, это была та ужасная пара, которая устраивала прием по случаю крещения. Ей снова пришлось представлять всех друг другу, но на этот раз Ханна Митчелл изволила кое-что сообщить.
– Я, вообще-то, свекровь Кэти, – сказала она.
Это было чем-то личным.
– А-а-а… э-э-э… Том… Он, значит, ваш сын? – вырвалось у Молли Риордан.
– Ох, нет-нет, ничего подобного! Мой сын – юрист, адвокат, – ответила Ханна.
Они наконец ушли, оставив Ханне свою визитку и заверив ее, что на следующем благотворительном мероприятии сделают значительный взнос.
– Извините, – произнесла Кэти.
– Нет, я удивлена. Если бы твоя бедная мать увидела тебя здесь рядом с такими людьми…
– Миссис Митчелл, с вашей стороны очень, очень любезно пригласить меня на ланч сюда и заказать для меня дорогое обслуживание в парикмахерской, и я тронута и благодарна, но могу ли я попросить вас о личном одолжении? Не называйте мою мать бедной. Она далеко не бедная, она счастлива и довольна, и у нее есть дети и муж, которые ее любят.
– Да, конечно… я лишь имела в виду… – Кэти ждала, и после долгой паузы Ханна Митчелл продолжила: – Я просто имела в виду, что ей не хватает твоей уверенности.
– О, уверенность – это еще не все, миссис Митчелл.
– Но похоже, она заводит людей довольно далеко. – Ханна крепко сжала губы.
Кэти увидела, как за ближайший столик проводили Джеральдину с Питером Мёрфи, управляющим отелем, где она занималась связями с общественностью. Их взгляды встретились, и Кэти едва заметно покачала головой. Джеральдина поняла намек и не признала Кэти. Если бы сейчас с Кэти поздоровался еще один гость «Квентина», то она оказалась бы в невыносимом положении. Она уже и так продемонстрировала своей свекрови слишком большую самоуверенность. Пора было послушать мудрые высказывания насчет постоянного ухода за лицом и укрепления мышц, чтобы щеки не обвисли. Кэти слушала и, как часто делала раньше, задавалась вопросом: как эта пустая, невеселая, завистливая женщина и ее любящий развлечения муж умудрились произвести на свет Нила? Нила, который в этот момент выступал по очередному безнадежному делу, Нила, который мягко поинтересовался бы, как прошла встреча за ланчем, но который и за миллион лет не понял бы, какую ярость вызывает подобная снисходительность. Кэти почти хотелось, чтобы они вернулись к дням открытой враждебности. С этим было гораздо легче справиться.
Питер Мёрфи и Джеральдина О’Коннор увидели, что они уходят.
– Боже, разве эта бедная особа не утомительна? – поинтересовался Мёрфи.
– Позволь сказать, она весьма трудна в роли свекрови, – ответила Джеральдина.
– А ты-то откуда знаешь? – спросил он.
– С ней Кэти Скарлет, моя племянница. Ей очень не повезло в этом.
– Да, я знаю ее. Она ведь вышла замуж за молодого адвоката, так?
– И открыла очень хорошую компанию кейтеринга, я уже говорила тебе, а ты повторял, что тебя это не интересует.
– Действительно не представляет для меня интереса, разве что тут состязание… Но она не может уж слишком ненавидеть свою свекровь, если пришла на ланч с ней.
– Но это так, поверь.
– А почему ты с ними не поздоровалась?
– Кэти дала понять, что это не нужно, – объяснила Джеральдина.
– Никогда не пойму женщин, – заявил Питер Мёрфи, который тем не менее предпринимал основательные попытки к этому, заводя романы со многими дамами, включая и Джеральдину несколько лет назад.
Но все это осталось в прошлом. Теперь они были просто хорошими друзьями.
– Лучше бы я не соглашался вернуться в то старое место, – сказал Мартин Магуайр Джеймсу Бирну, когда они вместе гуляли по Стивенс-Грин и кормили уток хлебом, который дала им Бренда Бреннан, когда они уходили из «Квентина».
– Нет, поверь, это хорошая мысль. Ты запомнишь его таким, каким оно стало теперь. У них все блестит и выглядит совсем по-другому, – заверил его Джеймс.
Они молча наблюдали за тем, как утка-мама вела своих утят к новому источнику еды.
– Ты только посмотри на это! – изумленно произнес Мартин Магуайр. – Посмотри, как они любят своих родителей, как доверяют им! Не как у людей.
– Не укоряй себя. Пожалуйста, Мартин, в этом нет смысла.
– Смысла нет ни в чем. Ты уверен, что не говорил им?
– Я ведь сказал тебе, что не говорил.
– Они, должно быть, гадают, почему я хотел продать все так быстро. Они должны спрашивать.
– Это твоя история, твоя жизнь, Мартин. Конечно, я им ничего не рассказал. В любом случае эти двое так озабочены развитием своего бизнеса, что и не задавали вопросов. Поверь мне.
– Я не могу туда пойти, – решил Мартин Магуайр. – Все же так просто. Ты им скажешь, Джеймс?
– Конечно. – Джеймс Бирн мрачно кивнул.
– Представить только, она их невестка, а говорит, как простонародье! – Молли Риордан была изумлена.
– Надо было сказать тебе, что она не замужем за этим высоким придурком Томом с физиономией как у идола подростков! – произнес Ларри с недовольным видом.
– Мне показалось, он неглуп, – ответила она.
