Это оказалось проще, чем он думал, поведать о своих ошибках и этой странной привязанности. Особенно когда острое лезвие скользит по коже так близко к горлу. Не то, чтобы Альгар боялся пораниться, ему не были страшны никакие раны, но всё же Аника, держащая в руках столь опасное оружие, сама по себе становилась грозной.
– Так значит, ты всё же влияешь на эту землю? Как?
– Моё тело осталось в колодце.
Аника отложила бритву и принялась вытирать гладковыбритые щёки.
– Если старейшина озаботился поиском жертвы, не значит ли это, что твоё тело жаждет выбраться на свободу?
– Не думаю. Они по заповеди обязаны каждые пятьдесят лет приносить жертву. А тело без разума…
– Лишь зверь, – печально заметила Аника. – Разве нет? Что будет, если такой зверь останется без привязи?
Она отложила полотенце и коснулась рукой его волос. Альгар прикрыл глаза.
– Никто не знает. Я здесь, а оно там. Вот и всё.
– Тогда поговорим о другом. Скажем об этой девочке, – Аника отняла руку и поднесла ему кубок с горячим мёдом.
– Она доставляет беспокойство? – расстроился Альгар.
– Не скажу, что много. Но она вечно норовит сбежать. Ты уверен, что её стоит держать? Пусть себе бежит, если за ней нет грехов, окромя скверного характера.
– Если бы всё было так просто, – Альгар отпил из кубка.
Травы, которыми Аника сдабривала мёд, слабо пахли вишнёвой косточкой. Вновь и вновь ему мерещился этот запах.
– У нас никогда ничего не бывает просто, – посетовала сестра. – С другой стороны, она тебе под стать – что лицом, что натурой.
– О чём ты говоришь! – возмутился Альгар. – Разве ты не слышала?
– Слышала. Так может оно и к лучшему? Не смотри так на меня, братец-змей. Ты живёшь и не стареешь, а мы, люди, смертны. Я уже старуха – мой путь завершён. Я вернулась сюда, на землю своих предков умереть, и чтобы меня похоронили в родной земле. Уйду я, Румп, следом Оси и Кома, со своей сестрой. Даже маленький Вест и тот вырастет, состарится и отправится к предкам. А ты будешь топтать эту землю. Ты собрал нас всех, нарёк братьями и сёстрами, и мы стали ими. Стали едины, как семья, но есть вещи куда как крепче, чем эта выдумка. Оси вскоре жениться, удивительно даже следом и Кома найдёт кого по сердцу. Все мы разойдёмся и станем жить своими семьями, как и полагается детям в нужный срок уходить от родителей. А ты будешь один.
– То-то она рада будет. Жить, а потом раз и старше мужа.
– А ведь всё равно придётся. Не она, так кто другой. Ты герцог – тебе свою родовую книгу пополнять надобно.
Альгар сжал кубок так сильно, что тот слегка помялся.
– Она в первую же брачную ночь меня зарезать попробует. И уж поверь, преуспеет.
Аника лукаво прищурилась, пододвигая к братцу блюдо с пирожками.
– А ты приручи. Она тебя боится, братец, а от страха есть верное средство.
– И ка-кф, – с полным ртом спросил Альгар.
– Лаской, да добрым словом. Вон, у Оскольда поучись: он в этом деле мастак.
Он проглотил пирожок и сурово посмотрел на сестру.
– Хватит Аника, этого баловства. Едва по весне дороги просохнут она отправиться на юг. Свободные острова или ещё куда. И мы не будем об этом больше говорить.
.
Эрия пронеслась по лестнице, что ветер. Гленна едва успела отскочить в сторону. Герцога увела Аника, тот лишь кивнул женщине. Даниэла сидела в общей комнате вместе с Оскольдом под присмотром Румпа, потому Гленна решила поискать Глафиру. Та нашлась на кухне. Приготовления к праздничному столу уже были практически закончены, кроме сладких булочек. Все слуги разошлись, и она проверяла оставленное на ночь тесто.
Глаша внешностью не походила на своего брата. Как мёд и уголь. К тому же за что-то она невзлюбила Гленну с первой встречи. Не показывала этого, но нет-нет, да и бросил недовольный взгляд.
– Я хотела у вас спросить…
– Я здесь одна.
– У тебя спросить, – поправилась Гленна с улыбкой, и достала из кармана начатое плетение. – Аника дала мне несколько рисунков узоров, и я попробовала сделать по ним плетение. Как ты думаешь, это похоже на то, что делают на севере?
Глаша взяла начатый браслет и осмотрела его со всех сторон.
– Не похоже, – сказала она, возвращая рукоделие.
– Возможно, ты сможешь дать мне несколько советов?
Глафира накинула на кадушку льняное полотно и упёрла руки в бока.
– Не понимаю зачем тебе это. Неужто брата моего вознамерилась прельстить? Так знай, он на таких, как ты даже не глядит. Или думаешь, раз Раат далеко от людей, то и мы здесь далёкие? Не знаем, чем ты прославилась? Думаешь, что я так просто спущу это…
– Достаточно! – Гленна убрала начатую безделушку в карман и расправила плечи. – Я тебя поняла. Не переживай, твой брат в безопасности.
И вышла из кухни. Только на лестнице, подобно Эрии, позволила себе побежать.