Массивная дверь парткома отворилась, выпустив очередного претендента. Лицо у мужика было нездорового красного цвета. Видимо сказались жара и волнение. Вытерев платком пот, он громко выдохнул, огляделся и сообщил:
– Вроде проскочил! Ковалев, следующий.
Приняв из его рук дверь, Макс задержал дыхание и шагнул из полумрака коридорчика в залитое солнцем пространство. От яркого света и устремленных на него взглядов стало не по себе, но доброжелательная улыбка Крежинского помогла справиться с волнением. Шеф сидел рядом с парторгом, помимо них за большим столом, накрытым по торжественному случаю кумачовой скатертью, расположилось еще пять человек. Трое из местного партактива, двое пришлых: дама лет шестидесяти и мужчина чуть моложе, на вид крепкий, энергичный и большее похожий на "сотрудника в штатском", чем кабинетного аппаратчика.
Сесть Максу предложили на противоположный от парторга край стола. После чего приглашенная дама строгим голосом произнесла:
– Мы рассмотрели ваше заявление, Максим Петрович, и пригласили, чтобы побеседовать с вами лично.
Далее, по традиции, началась проверка знаний материалов последнего пленума. Память у Макса была хорошая, и отбиваться было не сложно. Но он ожидал главного вопроса, о котором предупреждал Крежинский, и при этом советовал ответить взвешенно, но искренне. Задал этот решающий вопрос приглашенный товарищ:
– А как, вы, лично, относитесь к расширению гласности?
С большой осторожностью! – уверенно и даже с некоторым вызовом ответил Макс.
На лице райкомовской дамы вспыхнуло возмущенное удивление:
– Это почему же? Объяснитесь!
Ответ Макс продумал заранее, и потому говорил почти без запинки. О том, что объективная информация естественно необходима. И что замалчивание реального положения в конечном итоге несет вред. Но правда бывает разной. Есть ложь с элементами правды, есть полуправда, есть правда с вкраплениями лжи. Она то, как раз, и самая опасная. В нее начинаешь верить, а умело вставленная ложь направляет твои мысли в выгодную для кого-то сторону. И поэтому очень важно, кто доносит до тебя правду, искренний сторонник или скрытый враг.
– Ну вот, вы так и до очередного поиска врагов договоритесь! – возмутилась дама.
" Дура, ты! Их и искать не надо, сами придут, когда ворота откроешь." – со злостью подумал Макс. И тут в разговор опять вступил товарищ из райкома:
– Ну что же, интересная точка зрения. Как раз в духе гласности.
Больше Максу вопросов задавать не стали. Попрощались с ним довольно холодно. Покидая кабинет, он думал, что не оправдал рекомендацию шефа. Но что поделать:
" Откровенно, так откровенно!"
Не заходя на рабочее место, Макс направился в проходную. Во второй половине дня в пятницу можно было уйти и пораньше. Тем более, после такого знаменательного события.
"Не каждый день мимо кандидатства в члены партии пролетаешь!"
В том, что его не утвердят, Макс почти не сомневался, но не сильно по этому поводу переживал. Инициатива исходила от Крежинского, а он просто пошел навстречу:
" Но что поделаешь, не получилось!"
Посчитав, что период адаптации закончен, начальство еще в начале лета открепило от них с Сергеем персонального водителя. Теперь Володя возил новых сотрудников – недавно прибывшую по линии "Альтернативы" семейную пару. Домой Макс ездил на троллейбусе. Но сегодня в такую жару залезать в раскаленный наземный транспорт совершенно не хотелось, и он решил пешком прогуляться до Пушкинской площади, там выпить в какой-нибудь кафе холодного пива и сесть на метро.
В окутавшем город жарком мареве запотевший бокал пузырящейся золотистой влаги висел перед глазами, словно мираж над раскаленным асфальтом. К тому же, прогулки пешком его традиционно успокаивали, а сегодняшний провал все-таки не прошел для нервной системы бесследно. Он не сильно переживал, что не утвердят, куда больше раздражало, что пройдет Сашка Колпин. А в этом Макс почему-то был уверен. Агитируя подать заявление, шеф утверждал, что в партии проходят процессы обновления, и такие, как Макс и Сергей, там очень нужны. Но, судя по всему, ошибался. Крежинский идеалист, а они лишь изредка могут влиять на ход истории. Чаще всего, эта инертная громадина движется вслепую, толкаемая в разные стороны гордыней, глупостью, корыстными интересами отдельных личностей и целых группировок. Иногда эти толчки удачно складываются на общее благо, но куда чаще загоняют воз в яму.
" Мне что до этого!" – пытался убедить себя Макс. Но в то же время чувствовал, что это не так. Иногда казалось, будто с того дня, когда в последний раз получил СМС с предложением продать почку, минула целая вечность. Но на самом деле прошло меньше полугода. И недавний инцидент напомнил о прошлом. Еще раз заставил оценить преимущества выбранного пути. И в отличие от тех, кто жил только в этой реальности, Макс хорошо понимал, как этот мир хрупок. Как гость из будущего, он мог разглядеть признаки зарождающего краха. Но на этот раз оставаться статистом в историческом реалити-шоу уже не хотелось.
