– Чушь это. Слухи и провокация. Был некоторое время в загранке, но с полгода, как вернулся.
На лице бывшей изобразилось разочарование. Очки Коркина успела снять и теперь ее красивые васильковые глаза смотрели на него свысока, хотя и была она на полголовы ниже:
– Ну вот! А я даже решила, что ты способен на поступок. Думала, проглядела в тебе чего-то.
После такого заявления, наверное, надо было обидеться, но Максу вдруг стало весело:
– Ну вот, видишь, ничего не просмотрела. Как был скучным, без изюминки в клюве, таким и остался. Одного до сих пор не пойму. Как ты за меня замуж тогда вышла?
– Да я и сама не пойму! – пожала плечами Коркина. Но чувствовалось, что упоминание о неудачном замужестве ее задело. Когда она поинтересовалась, живет ли он сейчас один, это прозвучало не как вопрос, а, скорее, констатацией факта.
– Ну почему, один. Женат и счастлив. Дочь подрастает, – сообщил Макс. Говорил с показным равнодушием, но догадывался, что это заденет бывшую еще сильнее.
– Нашел, наконец, идеал? Жена на кухне в халате. Детей нянчит, борщи варит, – произнесла Коркина с оттенком презрения и превосходства.
– Борщи я чаще варю, но Анжелка тоже неплохо готовит. А вообще-то она у меня дизайнер, вместе в Министерстве Реформ работаем, – сообщил Макс, и тут же нарвался на запрещенный прием. Но и этот удар ниже пояса удалось отразить. Когда Коркина спросила, не наставляет ли ему супруга-дизайнер креативные рога, Макс сделал удивленное лицо, ощупал голову, и, в свою очередь, поинтересовался:
– А что, должна?– И тут же, не дав развить тему, постарался перевести разговор на ее биографию. Как и следовало ожидать, жизнь Коркиной протекала ярко и интересно. Замужем в данный момент не состояла, но на личном фронте все было устроено лучшим образом. А еще она успела получить второе образование и работала теперь в быстро набирающем рейтинг журнале. Издание было старое и хорошо известное, но в последнее время обрело вторую молодость благодаря скандальным публикациям и прогрессивным взглядам. В подтверждение, она вручила визитку с перечислением своих титулов: – эксперт, журналист, аналитик. Вскользь упомянула, что вращается в высших кругах богемы, чему Макс, впрочем, не сильно поверил. Слишком уж подчеркнуто по-приятельски упоминались имена известных особ. Хотя на каких-то великосветских тусовках, в качестве журналиста, она вполне возможно и появлялась.
С собой на подносе Коркина принесла лишь пирожок с вишней и чашку кофе. За разговором они быстро закончились. Не получив от бывшего супруга предложение чем-нибудь угоститься и продолжить беседу, она собралась уходить. Макс удерживать не стал. Провожая глазами, снова отметил красоту и стройность загорелых ног, не пропустил и обтянутые шортами ягодицы. Со спины бывшая выглядела очень даже не плохо. Но, представив, каково жить с этой особой в законном браке, зябко передернул плечами. И тут же подумал, что дублер, это, по сути, он, только в других обстоятельствах:
"Значит, мог попасться на тот же крючок!"
В голове закрутились мысли о том, как уязвима человеческая психика. Как легко венец творения добровольно отдает себя в рабство, подчиняясь обстоятельствам, идеям, тем, кого любит или обожествляет. Вспоминая сожаления Коркиной о не свершившемся "поступке", Макс вдруг понял, почему его клон стал невозвращенцем:
" Это ведь он ей что-то пытался доказать!"
И тут же чей-то ехидный голос за кадром задал вопрос:
-А сам то, ты, как? Вы же с ним, ну очень похожи!
Перебрав недавние и не совсем давние факты своей биографии, Макс почувствовал себя электромонтером на шаткой стремянке. Вроде бы стоишь, работу свою привычно выполняешь, а одно неловкое движение, и либо током ударит, либо вниз в свободном полете. Вспомнилось заодно, как ревновал Анжелу к своему приятелю Глебу, как из кожи лез, чтобы быть успешнее и круче. А еще он вдруг понял, что уже слишком долго живет в отрыве от семьи. И это ненормально! Может потому, в голову лезет многое, о чем человеку лучше не думать. Однако, разбавлять неприятные мысли новым бокалом он не стал. Разум и некоторый опыт подсказывали, что это лишь временное решение проблемы, и вечером, вернувшись в пустую квартиру, будешь чувствовать себя только хуже.
Допив пиво, Макс убрал в карман рубашки лежавшую на столе визитку и отправился к метро. А дома в почтовом ящике обнаружил телеграмму. Анжела сообщала, что у них все замечательно, но очень соскучились и на следующей неделе собираются возвращаться. А на телефон пришло СМС сообщение от Крежинского. Шеф поздравлял с тем, что Макса утвердили кандидатом в члены партии, и напомнил, что всю следующую неделю он в отпуске, и Макс остается за старшего.
Глава 4
