Парень безропотно подчинился. А Сергей подумал, что когда одноклассники узнают отчество новичка, то наверняка будут дразнить, и возможно прилепят прозвище Пушкин. А им с женой надо было бы подумать, когда выбирали ребенку имя.
С уходом Сашки за столом окончательно повисло молчание. Наступал кульминационный момент. Если раньше преимущество было на стороне Сергея, то сейчас их незримое противостояние перемещалось туда, где, несмотря якобы мужскую инициативу, все полнотой власти обладает женщина. В затянувшейся паузе она видимо решала, как этой властью распорядиться:
– Ну что, покажи, где у вас тут посуду моют. И давай в душ, я следом, – прервала молчание Марина.
Они вместе отнесли посуду на коммунальную кухню. Оставив ее принимать бразды правления хозяйством, Сергей отправился в ванную. Когда вышел, Марина уже успела все перемыть и, облачившись в длинный махровый халат, ждала своей очереди. Потом, растянувшись под простыней, он долго прислушивался к шуму воды, и казалось, это затягивается в бесконечность. А когда перестал литься душ, опять наступила длинная пауза. Наконец, Марина открыла дверь. Отвернувшись к стене, Сергей слышал только шаги. Выключив свет, она остановилась посредине комнаты. Вторая застеленная кровать стояла у противоположной стены. Сергей еще до конца не решил, как поступить, если она, пожелав ему спокойной ночи, отправится туда. Но шаги стали приближаться. Он услышал шелест падающего халата, и нарочито грубую команду:
" Подвинься!"
Наступающая ночь стала долгой и страстной. Возможно, даже за стенку, шокируя сына, долетали из их комнаты стоны. Где-то в первом часу, Марина ушла на свою кровать. А утром за завтраком, как бывало когда-то раньше, они обсуждали неотложные дела. Вопросов и проблем возникало огромное множество. Решение их во многом теперь зависело от Сергея, и он снова чувствовал себя главой семьи.
Глава 6
В понедельник Макс пришел на работу раньше обычного. К своей временной должности он относился вполне серьезно и расценивал, как хорошую тренировку на будущее. Но понимал, что слишком входить в роль не следует, и лучше ограничиться поддержанием текущих дел. Просмотрев почту, увидел, что у заводчан возникло большое количество вопросов. Значит, пришла пора посылать туда "на разборки" Сергея. Для усиления хорошо было бы отправить с ним и компьютерщика Глагольева, но тот был нужен самому Максу в офисе, и, подумав, он решил придать Сергею в помощь Касаткина. На работе от него толку все равно толку было мало, а там своим важным видом и уверенным басом ветеран мог оказать воздействием на оппонентов.
Когда появилась Капиталина, Макс попросил ее заняться остальной почтой. Следом почти одновременно пришли Сергей и Касаткин. Сначала Макс хотел пригласить их за свой стол, как обычно делал Крежинский, но решил, что лучше подойти самому. Подсев к Сергею, он посетовал, что в НПО опять мутят воду и попросил завтра туда подъехать. Затем, в форме пожелания, проинструктировал: не давать никаких обещаний, вникнуть в суть претензий, а решения они будут принимать уже после возвращения шефа. Касаткину Сергей ничего объяснять не стал. В предельно вежливых выражениях просто попросил помочь коллеге.
Приводной механизм маленького подразделения был запущен. Теперь можно было заняться и своими непосредственными обязанностями. Дождавшись появления Глагольева, Макс вместе с ним продолжил обкатку новой программы. По задумке, она должна была имитировать работу универсального меню для новой приборной линейки. Но пока и к меню, и к самой программе было еще много вопросов. На обеде в столовой они пообщались с Сергеем. Макс спросил, как Сергей встретил семью, а тот поздравил его с зачислением в кандидаты. Обсуждая тему, они сошлись на том, что Крежинский все-таки был прав. Похоже, что во всемогущей и одноликой, как терракотовое воинство, партии назревает раскол. Одни силы начали игры в гласность и демократию, другие формируют свою боеспособную фракцию. Хотят взять власть и провести реформы без разрушения страны и системы. Конечно, так откровенно шеф с ними не говорил, но Сергей и Макс искусство чтения между строк уже хорошо успели освоить.
После обеда Макс хотел продолжить работу с программой, но ему неожиданно позвонил и попросил зайти начальник первого отдела. По дороге Макс успокаивал себя тем, что причиной, скорее всего, стала какая-то бумажная формальность. Очередная бюрократическая отчетность, которой, в отсутствие шефа, придется заниматься ему. Однако, увидев в кабинете постороннего, он сразу понял, что дело куда серьезней и пришли именно по его душу.
