А ведь он когда-то и сам был молод, и все еще помнил, какие сказания складывались о предыдущих поколениях доблестных рыцарей до него. Что ж, похоже, всему этому конец, и его самого эта честь и почет уже не ждут.
Времена воинской славы остались в прошлом. Королевство прогнило изнутри, словно изъеденное червями яблоко, а то, что они принимал за пробивающийся из червоточин свет, оказалось ложной надеждой.
И как он ни желай увидеть, что ждет его родину дальше, за разделяющей поколения стеной, ему суждено остаться по ту сторону, погребенным под ее обломками.
А новости продолжали сыпаться: их теснили и по правому, и по левому флангу. Контроль над объединенной армией был окончательно утрачен, а большинство солдат союзников попросту дезертировали. Его мелкие вассалы выступили ничуть не лучше, рассыпавшись по периферии, но смысла презирать их за трусость не было.
И вот старый рыцарь принял решение. Вместо того, чтобы отступать, он повел три тысячи своих бойцов в наступление. Освещаемые лучами заката, остатки армии двинулись навстречу судьбе.
Палас собрался поставить окончательный знак препинания в этом бою.
Том 3. Глава 227. Да сияй твой меч вечно, Ауин! Часть 3
Непобедимая армия Мадара, наводящая страх на все живое, стояла на месте. Немертвые медлили, не решаясь пересечь последний боевой рубеж и пойти в наступление.
Причиной тому были двое у них на пути.
Мужчина и женщина.
Гордо держащаяся в седле эльфийка, несмотря на юный возраст так и излучающая силу и уверенность, в яркой звездой сияющем на поле боя доспехе. Командующая фюрбургской армии, что, впрочем, ничуть не умаляло ее достоинств как бойца.
С серебряным копьем, мирно покоящимся на коленях, Медисса неподвижно сидела в седле, неотрывно следя за Таркасом, готовая в любой момент броситься ему наперерез. Их разделяли полсотни метров и море нежити, но в ее глазах никого, кроме их командира, не существовало.
Ее спутник, мужчина средних лет, и взглядом не удостоил тысячи немертвых перед собой, в отличие от десятка тысяч неотрывно следящих за ним взглядов из горящих глазниц. Его присутствие не могло остаться незамеченным: такой смертельной беспечности не мог позволить себе никто — ни живой, ни немертвый.
Легендарный Мефисто, Пепельный мечник.
— Палас начал наступление, — прошептал Таркасу на ухо облаченный в черное рыцарь.
Тот кивнул
— Что лорд Инкирста?
— Его светлость говорит, что Ауин. никогда не испытывал недостатка в героях. Он их полководец, это его решение — отдадим должное такому желанию снискать боевую славу.
Таркас кивнул.
— Что ж, тогда отступаем. Надеюсь, мне еще доведется вернуться в эти земли на моем. веку — ухмыльнулся командующий-вампир, не сводя взгляда с Медиссы и Мефисто.
— Век немертвого долог, господин, — ответил рыцарь.
После недолгой паузы Таркас снова кинул.
Постепенно рассредоточившись, немертвые отступили, и скоро от них не осталось и следа.
Скарлетт
На поле боя осталось почти две тысячи бойцов Паласа и лишь несколько сотен наемников, эльфов и кентавров, но, несмотря на численное превосходство, исход боя был предрешен.
Рядовые лорда Паласа едва перешагнули порог Железного ранга, а его рыцарей в Серебряном насчитывалось не более сотни. Ничто против целой армии уверенного Серебряного ранга с половиной стоящих на пороге Золотого, а остальными — закаленными боевыми ветеранами, выстоявшими в Волчьей катастрофе.
В небе на бешеной скорости сновали летающие кони, а стрелы эльфийских лучников разили без промаха.
Это был даже не бой — скорее не встречающая сопротивления резня. От предсмертных криков падающих вокруг десятками молодых солдат у лорда Паласа сжималось сердце.
Они же будущее Ауина. Не таким я его видел! Разве они не должны смело идти в бой, к победе, за старшими рыцарями, набираться опыта. А вместо этого — вот так вот гроздьями падают под градом стрел?
Но старый рыцарь понимал, что ничем не сможет им помочь.
Его атака давно забуксовала, а впереди в гуще схватки его рядовых ждали минимум четыре бойца Золотого ранга.
Красноволосая девушка с копьем, Древесный эльф, кентавр и невероятно красивая девушка в мужской одежде.
А ведь он шел сюда подавить выступление горстки мятежников.
Никто не понял, что стало началом конца, и в какой момент бой перерос с бойню, но их ярко-золотые флаги падали один за другим, залитые кровью, и Палас понимал, что пора заканчивать этот фарс.
Скарлетт пришлось найти замену потерянной где-то в Темном лесу алебарде: та, несмотря на поиски, пропала бесследно. Сейчас она сражалась обычным зачарованным копьем — ничего особенного — но Брэндель обещал найти ей достойное оружие взамен. Пока он этого не сделал, ей не хотелось лишний раз надоедать вечно занятому господину: в глубине души Скарлетт до сих пор опасалась, что тот подобно Макарову оставит ее, сочтя навязчивой или проблемной.
