Разъясняя позицию индейцев, Клайд Беллькур сказал:
Вожди и старейшины племен пригласили нас в эту резервацию… Трижды по самым разным случаям пытались они привлечь к суду президента их племени. Они просили провести референдум о реформе их конституции… У них ничего не вышло. Это возможно для людей белых, но не для индейцев. Они хотят иметь подлинные органы управления племен… Хотят непосредственно сами распоряжаться своей судьбой. И хотя их (этих вождей и старейшин) поддерживал народ, правительство каждый раз присылало федеральную полицию и пулеметы… чтобы в очередной раз расколоть и перессорить людей…
Выкурив с нами трубку мира и каждого из нас обняв, вожди и старейшины просили нас сделать все необходимое для разоблачения тех условий, в которых живут индейцы в резервациях и по всей стране. Вундед-Ни в Южной Дакоте выбрали потому, что это средоточие эксплуатации индейцев в этой стране. Там живет всего 49 индейских семей, а церквей 12… В Вундед-Ни основали свою торговую факторию Гильдерсливы… которые благодаря системе кредита контролируют теперь почти все земли индейцев… и продают индейцам продовольствие по сверхвысоким ценам; покупают у них за 5 долларов расшитые бусами мокасины, а на другой день индейцы видят эти мокасины в витрине, но цена им уже 60 долларов… Именно в Вундед-Ни члены ДАИ, оглала-сиу, вожди племен, старейшины и их сторонники решили стоять насмерть…
Когда мы пришли в Вундед-Ни, с собой у нас были только наши священные трубки мира, наши шаманы и готовность отдать свои жизни за то, во что мы верим.
Реакция на оккупацию Вундед-Ни была разной. Сторонники Ричарда Вильсона, президента племени в резервации Пайн-Ридж, защищали свое правление и процедуру выборов, благодаря которой он оказался у власти. Они утверждали, что не Вильсон, а сама «система» тормозит прогресс. Активных борцов они называли «кучкой ренегатов» и «выскочек». Кое-кто из живших в Пайн-Ридже жаловался, что оккупация деревни привела к уничтожению их собственности, что доходы индейцев упали, а правительство перестало давать субсидии на строительство домов для индейцев.
Но многие индейцы сравнивали борцов ДАИ с героями-воинами давних времен и стекались в деревню, чтобы их поддержать. Посланцы разных племен индейского народа приходили в Вундед-Ни подтвердить, что в органах управления резервациями необходимо провести решительные реформы. Молодая женщина из Миннесоты сказала: «Я здесь, потому что хочу улучшить жизнь моего народа».
Осада Вундед-Ни продолжалась и в течение весны 1973 года. Федеральное правительство послало туда сотни блюстителей порядка. При перестрелке один агент ФБР был ранен, а два индейца убиты. Правительство усилило блокаду, теперь в деревню уже не поступали медикаменты и продовольствие. В конце концов 8 мая 1973 года сопротивлявшиеся борцы решили заключить соглашение; одновременно они обвинили правительство в вероломстве. Клайд Беллькур вспоминает:
Многих из наших правительство арестовало. Их сковывали вместе ножными кандалами… Сотни людей, договорившись о мирном урегулировании, сложили оружие (sic!), а с ними так вероломно поступили. Мы говорим, что правительство снова явно нарушило договор. В Вундед-Ни наступила всего лишь передышка.