Хуже всего — врачи и больницы. Медицина требует своих денег еще настойчивей, чем коммерческие фирмы, которым я задолжал. Прямо за горло берут: вынь да положь деньги. Откуда ты их возьмешь, что сделаешь для этого — их не касается. Я объясняю им, что я безработный и так далее. Обычно отвечают: «Ладно, не беспокойтесь». А потом по почте получаешь извещение, что неоплаченные счета передаются в бюро по взысканию долгов. Это для меня особенно неприятно. Будь у меня деньги, неужели бы я им не заплатил? Некоторые предлагают: «Присылайте хотя бы несколько долларов в месяц». Отлично. Я и стараюсь это делать. А потом вдруг звонят из бюро по взысканию долгов и требуют уплаты всей суммы в пятидневный срок, не то… Их ничем не проймешь Говорю им: «Я безработный, у меня нет таких денег». Отвечают: «Займите где-нибудь». Займите! Как же брать взаймы, если знаю, что не смогу отдать? «Ну, а у матери своей не можете занять? А у родителей жены?» Или что-нибудь еще в этом роде скажут. Звонят жене на работу, ставят ее в неловкое положение: не может же она сказать им что-либо сверх того, что говорю я. Иной раз звонят три дня подряд. Поговоришь за день с двумя-тремя такими кредиторами — на стенку лезть хочется. Хоть к телефону не подходи — ведь все равно я ничего не могу поделать. От сбережений ничего не осталось, приходится выкладывать все начистоту — может, войдут в мое положение, — не то объявят меня по суду несостоятельным должником и отберут дом. Остается лишь надеяться, что как-нибудь продержимся, пока суд не вынесет решение о компенсации. Адвокат говорит, что закон на моей стороне, но я могу все потерять, прежде чем дело решится в мою пользу.
За эти последние годы мое отношение почти ко всему, что происходит у нас в стране, во многом изменилось. Во-первых, теперь я гораздо лучше понимаю безработных, чем в ту пору, когда работал в полиции. Познакомился со множеством людей, чье положение еще отчаяннее моего, и сочувствую им, потому что вижу их беду с этой стороны забора. Ну что такое раньше была безработица для меня? Отвлеченное понятие, цифра, процент… «Да, это ужасно», — мог я сказать, а через десять минут начисто о ней забыть. А вот когда сам оказался среди безработных, тут уж смотришь на все другими глазами…
Сейчас я гораздо внимательнее слежу за политикой. Больше читаю о политике, по телевизору смотрю предвыборные выступления кандидатов. Понятно, все они уверяют, что после их избрания рабочих мест станет больше. Безработица сократится. И вообще они собираются построить для нас рай на земле. Все это… дерьмо! Не представляю себе, каким образом они могли бы радикально изменить нашу экономику. Эти кандидаты, должно быть, считают нас, американцев, круглыми дураками. Не в силах они выполнить свои обещания — даже за счет дальнейшего роста массового производства оружия. Не подумайте только, будто я хочу, чтобы это случилось. Тогда в проигрыше окажутся все, а не только 10 процентов безработных…
Происходит что-то страшное. И как ни крути, никакого выбора в действительности нет. Единственная надежда — и я молюсь за это — должен же когда-нибудь кончиться этот проклятый экономический спад. Нынешнее положение подрывает самые устои нашей страны, они разрушаются скорее, чем мы успеваем их укреплять. И в газетах, и по телевизору постоянно твердят, что безработица пойдет на убыль. Но сколько я ни бываю в бюро по делам безработных, там с каждым разом все больше народу. И когда видишь всех этих людей, вглядываешься в их лица и пытаешься угадать, лучше им приходится, чем тебе, или хуже, сердце сдавливает чувство безнадежности. Никогда не думал, что мне доведется испытать такое.
Я хожу сдавать кровь на донорский пункт. Вот где безработных полно! Каждый день сотнями идут. Всегда там народ толпится. Пункт работает с 7.30 утра до 5.30 вечера, а люди все подходят и подходят. Впечатление гнетущее. Именно гнетущее, это то самое слово. Туда идут и те черные, у которых есть работа, опять же студенты — в общем, те, кто нуждается почти так же, как безработные бедняки. И я хорошо знаю, что, если бы нужда их не погнала сюда, они не стали бы сдавать кровь. Я бы, например, не стал. Будь у меня другой выбор, не стал бы я этого делать. Но где еще мне дадут деньги? И вот я иду туда. Сначала сидишь и ждешь своей очереди Затем тебе измеряют кровяное давление, берут кровь на анализ. Потом снова сидишь и ждешь, когда освободится место у столика. Ужасно это угнетающе действует: то, что ты должен терпеть все эти мучения всего из-за 6 долларов или 9, если ты пришел вторично на той же неделе. Ради чего, думаешь, я подвергаю себя всему этому? За 6 долларов даю колоть себя этими здоровенными иглами! Всякий раз, когда я бываю там, говорю себе: «Черт возьми, неужели все это происходит со мной наяву?»