Что касается гробов, то и здесь мода достигла большого разнообразия с расчетом на любой вкус. Представлены все стили: классический («на тему погребальной урны»), американский колониальный, французский провинциальный и даже футуристический — гроб «„Переходный[84], в стиле будущего“. В большой моде патриотическая тема — ее наиболее ярко отражает модель „Вэлли-Фордж“ фирмы „Бойертон“. „Назначение этой модели, — гласит реклама, — выразить упорство, силу и стойкость солдата, проявленные в исторический период, связанный в Вэлли-Фордж[85]… Теплая красота натуральной древесной структуры наилучших пород клена и искуснейшая обработка дерева придают очарование этой модели… Самый подходящий гроб для солдата, как символ американских идеалов стойкости, надежности и отваги, проявленных под Вэлли-Фордж.“
Для менее закаленного мужа — для бонвивана, весельчака, картежника, идеалом которого при жизни было тереться среди международной знати, рекомендуется „Монако“ — гроб из металла дюрасил фирмы „Мерит“, Чикаго, „с тускло поблескивающей, как морской туман, поверхностью, обитый высокосортным бархатом „Чини“ цвета аквамарина, богато простеганным внутри и собранным в широкие сборки, с большим валиком и покрывалом из того же бархата“. Реклама изображает „Монако“ на романтическом фоне тропической зелени и яркого неба Французской Ривьеры. Цена? Не дороже, чем слетать на самолете в Монте-Карло и обратно…
Зато для домоседа, не чересчур закаленного и не столь отважного, но обожающего комфорт, металлический гроб „Мэйджер кэскет компани“ теперь оборудован „пышной, как пена, постелью Красорама регулируемой высоты… Новое патентованное устройство делает ненужным кручение ручки… В результате года работы над усовершенствованием конструкции, — вещает реклама, — эта постель стала мягкой и эластичной, что исключает малейшее соскальзывание.“
Да, есть о чем порассказать! Человек, впервые познакомившийся с этими перлами неведомого мира, испытывает, вероятно, нечто похожее на то, что испытал Берналь Диас[86], попав во дворец Монтесумы. „Мы были ослеплены представившимся нам зрелищем, — вспоминал он, — и некоторые солдаты даже спрашивали, не сон ли все это…“
Чтобы демонстрировать такое великолепие, требуется соответствующая обстановка. Навсегда ушли в прошлое похоронные конторы с обыкновенной уличной витриной. Их заменили вычурные постройки в стиле французских провинциальных замков, старинных английских поместий, испанских католических миссий, византийских мечетей и загородных вилл. Подчас это смешение всех стилей: готическая часовня выстлана наимоднейшим синтетическим ковром толщиной в два дюйма, поверх которого положены персидские ковры; дверь с бронзовыми завитушками открывается в гостиную, ультрасовременный кофейный бар, отделанный кафельной плиткой и хромированным металлом. В то же время в „спальных комнатах“ преобладает светлый, воздушный шведский мотив.
Эти „спальные комнаты“ вызывают представление о чем-то типично американском. Где еще возможна такая эклектика — от средневековой архитектуры до футуристической, в сочетании с заботой о максимальном комфорте? Где еще вас ждет столь же успокоительная атмосфера тихой роскоши, такие толстые, глушащие звуки ковры, шторы до полу, умело скрытое, приятное для глаз электрическое освещение, ровная температура, регулируемая одним нажатием кнопки? Ответ подсказал мне один директор похоронного бюро, с которым я пришла потолковать о том, из чего слагаются его цены.
— Судите сами, — заявил он, — спальную комнату занимают у меня на три дня, редко когда дольше. А теперь прикиньте, сколько бы вам стоило прожить три дня в хорошем мотеле? Пятьдесят долларов, если не дороже. Правильно?
Мотели для покойников! Вот, вот, похоже! Не хватает только плавательного бассейна и телевизора!
Современный похоронный мотель открыт круглосуточно. И в своем циркулярном письме, размноженном на ротаторе, он спешит порадовать вас тем, что „похоронная профессия в Соединенных Штатах гордится тем, что в пределах наших государственных границ не найдется ни одного человека, который оказался бы, в случае надобности, отдаленным больше чем на два часа времени от дипломированного похоронного директора и специалиста по бальзамированию. Такая организация побивает даже службу тушения пожаров в нашей стране!“
Итак, покойника примчали в похоронную контору. Спектакль начинается.
„Похороны — это торжество, на котором покойник самый почетный гость и главный объект внимания. Плохо подготовленное тело, помещенное в роскошный гроб, выглядит так же странно, как молодая девушка, явившаяся на бал в дорогом туалете и с бигуди на голове вместо прически“, — пишется в учебнике „Принципы и практика бальзамирования“. А „Ди-Си-Ко“, печатный орган фирмы, торгующей похоронными принадлежностями, заявляет: „Разумеется, стимул к приобретению товаров „Люкс“ был бы значительно ослаблен, если бы тело не было гигиенически обработано и подано с наибольшим эффектом“.