— К тому же, вы правы, Гражданская война — это страшно. В Университете делали серию докладов про Гражданские войны. В САСШ, в Мексике, в Боливии[7], в Китае… Сухие факты, рисунки и фотографии. Но… Страшно, право!
А вот эту идею подсказал Семецкий. Апеллировать к эмоциям. Показать студентам «изнанку» Гражданской. Назвать цену, которую приходится платить. Показать на исторических примерах, что чаще всего стране приходится долго и нужно восстанавливать разрушенное «ради всеобщего блага». Глядишь, сколько-то прекраснодушных романтиков и отвратим от трескучих фраз.
Судя по реакции нашего профессора, сработало не только со студентами.
— Господа, ну что же вы! Пойдемте, сейчас наша Фросенька на рояле сыграет! — подскочила к нам Софья Карловна.
— Идём-идём! — заверил я. А потом тихо сказал: — Не волнуйтесь, нам удалось донести до рабочих лидеров их неправоту. Кирилл Бенедиктович придумал способ. Сейчас завод нагоняет отставание. Так что скоро всё будет!
Да уж, учудил Артузов. Хотя и задачка была непроста. Рабочие-то уникальные, шлифовали и отбирали их долго. И вводом войск на завод или там «забритием в солдаты» мы бы навредили самим себе. Сродни лечению перхоти посредством гильотины.
Мы просто ввели принцип «медленно и по правилам» в отношении самих рабочих. И в отношении членов семей основных подстрекателей. Например, раньше в столовой мясо бывало и в постные дни. Теперь — только овощи. И автобус теперь возил рабочих со смены раздражающе медленно. И много других мелочей. Но зато системно. И что интересно — до них дошло. Нет, лидеры рабочих не «сложили лапки», но стали готовы к конструктивным переговорам. А именно этого мы и добивались.
Примечания и сноски к главе 13:
[1] В реальной истории это наступление началось 26 июня (9 июля) 1915 года и было отбито в результате Алашкертской оборонительной операции. Авторы считают, что в альтернативной реальности романа, где освобождение Турецкой Армении русскими войсками было намного результативнее, Германия побуждала турок начать операцию как можно быстрее. И предоставила для этого вооружение и боеприпасы.
[2] К сожалению, это имело место и в реальной истории. Германские войска имели развитые навыки по анализу боевого опыта, разработке новой тактики и внедрению её в войска.
[3] Гяур — презрительное название немусульман у турок, искажённое арабское «кафир» — отрицающий Бога, язычник, неверный.
[4] Напоминаем, что в романе «Американец. Хочешь мира…» описано, как Иван Степанович Яхонтов, бывший директор Александровского снарядоделательного завода при помощи Американца в разы поднял производство снарядов. Именно его и поставили в реальности романа руководить Министерством боеприпасов.
[5] Реальный исторический факт. С началом Первой Мировой В. М. Пуришкевич отошёл от руководства «Русским народным союзом имени Михаила Архангела», Главная палата Союза прекратила свою деятельность на время военных действий и передала своё помещение под лазарет для раненых воинов. Деятельность Союза была практически свёрнута.
[6] Абрам Фёдорович Иоффе — выдающийся ученый-физик. Большинство фактов соответствуют реальной биографии. Только до рентгеноструктурного анализа он не додумался — не хватало материального обеспечения и научной теории. Тут Американец «слегка помог». Работал и преподавал в реальности он не в Беломорске.
[7] Гражданская война в Боливии также известна как Федеральная война (1898–1899), а в Китае и Мексике они на момент действия в романе ещё продолжаются.
— Да, именно этого мы и добивались!
— Чего «этого», господин Коровко? — холодно вопросил Николай Николаевич-младший, Верховный Главнокомандующий всеми сухопутными и морскими силами Российской Империи. Собственно, ради его личного присутствия встречу и назначили на воскресный вечер. Всё остальное время в его расписании было плотно забито делами.
Наверное, главнокомандующий считал, что один лишь его тон поставит зарвавшегося авантюриста на место.
— Подозреваю, вам нечасто доводилось иметь дело с такой забавой демократических обществ, как выборы? К нашему счастью, и Воронцовы тоже знают о них лишь в общих чертах. А вот я, именно в силу моего жизненного пути, обращал внимание на разные темные стороны, которые можно обратить к своей выгоде.
— Короче! — отрывисто бросил «Николаич», поняв, что авантюрист не только не смутился, но и говорит с ним, как с ребенком. После чего, к собственному удивлению добавил:
— Пожалуйста, покороче.
