| They might even lynch him before he could so much as secure a fair trial. | Его даже могут линчевать, не дожидаясь законного суда. |
| It was possible. | Это возможно. |
| It had been done. | Это бывало. |
| A rope around his neck. | Веревка на шею. |
| Or shot down in these woods, maybe. | Или, может быть, пристрелят здесь, в лесу. |
| And without an opportunity to explain how it had all come about - how harried and tortured he had been by her for so long. | И даже не выслушают, не дадут объяснить, как это случилось... как долго она преследовала и мучила его! |
| They would never understand that. | Никто никогда его не поймет! |
| And so thinking he hurried faster and faster - as fast as strong and serried and brambly young firs and dead branches that cracked most ominously at times would permit, thinking always as he went that the road to Three Mile Bay must be to his right hand, the moon to his left when it should rise. | И, думая об этом, он шел все быстрей и быстрей -так быстро, как позволяли крепкие, густо растущие колючие молодые деревца и зловеще потрескивающие под ногами сухие ветки, - шел, твердя мысленно, что дорога к Бухте Третьей мили должна быть у него справа, а луна, когда взойдет, слева. |
| But, God, what was that? | Но, боже, что-это? |
| Oh, that terrible sound! | Ужасный звук! |
| Like a whimpering, screeching spirit in this dark! | Словно жалобный и зловещий стон некоего духа во тьме! |
| There! | Вот! |
| What was it? | Что это? |
| He dropped his bag and in a cold sweat sunk down, crouching behind a tall, thick tree, rigid and motionless with fear. | Он выронил чемодан, весь в холодном поту опустился на землю и в страхе съежился у подножия высокого ветвистого дерева, оцепеневший и недвижимый. |
| That sound! | Ужасный крик! |
| But only a screech-owl! | Да это же сова! |
| He had heard it several weeks before at the Cranston lodge. | Он слышал ее крик несколько недель назад, когда был на даче Крэнстонов. |
| But here! | Но здесь! |
| In this wood! | В этой чаще! |
| This dark! | В этой тьме!.. |
| He must be getting on and out of here. There was no doubt of that. | Надо идти, надо поскорее выбраться отсюда, это ясно. |
| He must not be thinking such horrible, fearful thoughts, or he would not be able to keep up his strength or courage at all. | Надо прогнать эти страшные, ужасающие мысли, иначе у него вовсе не останется ни сил, ни мужества. |
| But that look in the eyes of Roberta! | Но взгляд Роберты! |
| That last appealing look! | Тот последний молящий взгляд! |
| God! | Боже! |
