| For had not the news been forwarded that because of his desire to marry a rich girl he had most brutally assaulted and murdered a young and charming working-girl whose only fault had been that she loved him too well. | Уже распространился слух, будто он, желая жениться на богатой, самым зверским образом убил молодую и красивую работницу, которая была виновата только в том, что слишком его любила. |
| There had been hard and threatening cries of | Слышались угрозы и грубые выкрики: |
| "There he is, the dirty bastard! | - Вот он, паршивый ублюдок! |
| You'll swing for this yet, you young devil, wait and see!" | Ну, погоди, дьявол, ты еще закачаешься на веревке! |
| This from a young woodsman not unlike Swenk in type - a hard, destroying look in his fierce young eyes, leaning out from the crowd. | - Это кричал молодой лесоруб, похожий на Суэнка, с жестокими, свирепыми глазами. |
| And worse, a waspish type of small- town slum girl, dressed in a gingham dress, who in the dim light of the arcs, had leaned forward to cry: | Хуже того: из толпы выскочила девица в ситцевом платье, тощая и вертлявая, - типичная жительница городских трущоб - и закричала: |
| "Lookit, the dirty little sneak - the murderer! | - Ах ты, змея подколодная! Убийца! |
| You thought you'd get away with it, didnja?" | Думал удрать, да не вышло? |
| And Clyde, crowding closer to Sheriff Slack, and thinking: Why, they actually think I did kill her! | И Клайд жался к шерифу Слэку и думал: "Они и вправду считают, что я ее убил! |
| And they may even lynch me! | Они даже могут меня линчевать!" |
| But so weary and confused and debased and miserable that at the sight of the outer steel jail door swinging open to receive him, he actually gave vent to a sigh of relief because of the protection it afforded. | И так он был измучен, напуган, унижен и несчастен, что при виде железных ворот тюрьмы, распахнувшихся, чтобы его впустить, у него вырвался неподдельный вздох облегчения, ибо они сулили защиту. |
| But once in his cell, suffering none the less without cessation the long night through, from thoughts -thoughts concerning all that had just gone. | Но, оказавшись в камере, он не заснул ни на минуту, и всю ночь напролет его мучили горькие мысли обо всем, что он навсегда утратил. |
| Sondra! the Griffiths! | Сондра! Грифитсы! |
| Bertine. | Бертина! |
| All those people in Lycurgus when they should hear in the morning. | Знакомые по Ликургу, которые утром все узнают. |
| His mother eventually, everybody. | И, наконец, его мать и все... |
| Where was Sondra now? | Где теперь Сондра? |
| For Mason had told her, of course, and all those others, when he had gone back to secure his things. | Мейсон, разумеется, все сказал ей и другим, когда возвращался в лагерь за его вещами. |
| And they knew him now for what he was - a plotter of murder! | И теперь все знают, что он такое на самом деле, -злоумышленник и убийца! |
| Only, only, if somebody could only know how it had all come about! | Но если бы, если бы кто-нибудь знал, как все это случилось! |
| If Sondra, his mother, any one, could truly see! | Если бы Сондра, или его мать, или хоть кто-нибудь мог его понять! |
