— Хелло, Джонни! — заговорил Тони Десантис. — По-моему, все это очень интересно, только очень уж длинно и многословно. Ты же пишешь для газеты, и эта газета не «Нью-Йорк таймс», воскресным выпуском коей можно убить не муху, а человека. Но все это не пропадет — пойдет в твою книгу. Кстати, ты видел «Апокалипсис» Фрэнка Копполы? Нет? Так тебе обязательно надо посмотреть этот фильм. Посмотришь и напишешь рецензию, отзыв: «Апокалипсис» глазами «зеленого берета»…
— Бывшего.
— Вот именно. В этой картине много потрясающих мест, но я, слава богу, во Вьетнаме не воевал. Я послал тебе два билета на завтрашний вечер в «Парамоунт» на Бродвее.
— Зачем два?
— На всякий случай. Неважно. Коппола — большой мастер. А работа его поможет твоему бестселлеру. Синдром Вьетнама! Язва Америки! Комплекс всеамериканской вины. Сегодня — это тема номер один!.. Твои черноберетчики, суд над Мак-Дональдом, «зеленые береты», ставшие «ангелами ада», — все это начинит динамитом твою книгу!..
Кинофильм потряс его как ни один другой. Прежде всего потому, что он показывал как раз то, что было главным переживанием всей его жизни: действия команды зеленоберетчиков в тылу Вьетконга. И именно там, в Южном Вьетнаме, где он действовал сам: в тылу партизанских войск Вьетконга на границе Камбоджи.
Он не сразу смог разобраться в этом фильме — так поразил он его и оглушил. Сила фильма для него была в его натурализме: каждый выстрел был выстрелом, нацеленным в него, в его плоть, бившим по обнаженным нервам. И звучал каждый выстрел как настоящий, а не как хлопушка с рождественской елки, — потом он узнал, что режиссер Фрэнсис Коппола добился стереозвучания, полной полифонии, предельной, небывалой достоверности звука.
С не меньшим натурализмом показаны бои и зверства. Эти кадры брали его мертвой хваткой, терзали когтями, трясли так, что едва не вытряхнули из него душу, тянули из него жилы, сжимали железным кулаком сердце. И он, не старый еще человек, чуждый эмоциональной расслабленности, дрожал и трясся, и из глаз его лились слезы, и он забывал, что находится в зрительном зале кинотеатра, и чуть не визжал от ужаса в полный голос.
Напалм горел, как горит напалм. Ракеты рвались, как настоящие ракеты. Люди горели, страдали, умирали с той страшной простотой, с какой умирают они на войне, что так непросто описать на бумаге, что всегда остается приблизительным и условным и в батальной живописи, что вовсе пропадает, становясь возмутительно ненатуральным, на тесном телеэкране, особенно, как ни странно, в хроникальной съемке. Американские телевизионщики уверяли, что ежедневно вносили вьетнамскую войну в каждый американский дом. Нет, их обрывки хроники, снятые в цвете, преподносили лишь бледный эрзац войны, прививали равнодушие к ней. Прививка против тропической лихорадки никогда не напоминает настоящую тропическую лихорадку: прививка вызывает лишь легкое недомогание, а не страдания и смерть.
Но длинный и неровный фильм Фрэнка Копполы в целом не был достоверным, правдивым. То и дело острый фокус уступал обидной расплывчатости, словно запотевали, засвечивались его объективы. Коппола мог порой ярко высветить правду, но уж очень была она заземлена. Он не мог ни понять ее, ни объяснить, насиловал ее своими предубеждениями, предвзятыми представлениями. Чувствовалось, что он знает войну лишь из вторых рук.
Ночью Грант плохо спал из-за пережитой на фильме нервной встряски: лез к нему во сне командир команды «А» с лицом, не то освещенным заревом боя и пылающего напалма, не то обожженным напалмом, — это лицо на рекламном щите смотрело ему вслед с фасада кинотеатра после сеанса.
«Самая большая беда фильма «Апокалипсис», — писал Грант в статье, — состояла в том, что он вышел слишком поздно, много лет после окончания войны во Вьетнаме. А ведь первые сведения о зверствах зеленоберетчиков в Индокитае появились в американской прессе задолго до скандала вокруг массового убийства с участием лейтенанта Колли в Сонгми, о котором стало известно в 1970 году».
Цитируя апологетическую книгу Робина Мура «Зеленые береты», изданную массовыми тиражами в 1965 году, Грант привел описание карательной акции команды зеленоберетчиков и их сайгонских прихвостней с главной базы в Дананге в деревушке горцев из племени Бру в районе 1-го американского корпуса, на территории Южного Вьетнама, прилегающей к демаркационной линии на 17-й параллели, где протекала пограничная река Бенхай.
