Большевики от имени Петросовета могли взять власть силой только в Петрограде. Но эта власть не означала власти в России, так как в каждом крупном городе были свои революционные Советы. С чего бы Совету Москвы или Казани признавать власть Совета Петрограда?
Кроме того, политика — это проблема завоевания, удержания и использования, а не только завоевания. Что толку завоевывать, если непонятно, как удерживать завоеванное. Ключевым моментом удержания власти является легитимность. Без нее на штыке долго не усидишь.
Взятие власти нужно совместить со II Всероссийским съездом Советов рабочих и солдатских депутатов, намеченным на 25 октября. Троцкий предлагает поставить восстание в зависимость от результатов Съезда. По его логике, если за большевиков проголосует большинство, нужда в восстании отпадает. Если же нет, то начинаем восстание на следующий день, 26 октября.
Ленин называет это идиотизмом, и говорит, что после проигрыша на Съезде вооруженное восстание будет смотреться не революцией, а мятежом против революции, — против всенародно избранной на всероссийском Съезде власти. Такой мятеж мог дать власть большевикам только в Питере, и только на время. Против них ополчились бы все, союзники превратились бы во врагов.
Он предлагает вариант, не зависящий от результата выборов: взять власть ночью перед Съездом. Когда утром Съезд откроется, заявить делегатам, что революция победила, вся власть принадлежит Советам. Не большевикам, хотя по факту это будет так, а именно Советам, народу.
— Победителей не судят, — рассуждает Ленин, — их поддерживают и к ним присоединяются. Несомненно, эсеры этим возмутятся, и наверное, покинут Съезд, но часть делегатов, которые сами часть Советов, примут заявление, что власть принадлежит Советам. Так как мы в этих Советах будем абсолютным большинством, мы получим легитимную власть, выглядящую как от народа.
Вождь мирового пролетариата был весьма незаурядной личностью. Он видел нерв ситуации в оперативном горизонте и мог принимать оригинальные решения, сочетавшие смелость и разумный риск. Можно негативно относиться к Ленину, но нельзя оценить это решение иначе, чем блестящим. Это был единственный шанс большевиков получить монополию на власть и взяться за эксперимент по построению коммунизма. Ленин его увидел и реализовал на 100%.
В ночь с 24 на 25 октября подчиняющиеся ВРК Петроградский гарнизон плюс вооруженные отряды рабочих, начинают планомерно занимать ключевые узлы города, почту, телеграф, мосты, склады. Ночью берут Зимний дворец, где заседало Временное правительство. Охранявшие его юнкера не оказывают сопротивления. Министры Временного правительства арестовываются.
Утром Военно-Революционный Комитет выпускает обращение «К гражданам России», где говорит, что Временное правительство низложено, Совет рабочих и солдатских депутатов взял власть в свои руки. Вечером 25 октября в Смольном дворце открывается Всероссийский Съезд. Его открывают не большевики, а меньшевики, что придает собранию большую легитимность, создает иллюзию, что на этом Съезде всенародно будет избрана новая власть, которая станет законной.
Большевики говорят, что Временное правительство арестовано, революция победила, народ взял власть в свои руки, и все в таком духе. Многие делегаты возмущены ни с кем не согласованным захватом власти. Эсеры говорят, что в то время, когда рабочие и солдаты с оружием в руках защищают революцию, большевики захватили власть ночью, как воры, ударив ножом в спину.
Троцкий на это отвечает, что «восстание народных масс не нуждается в оправдании», что необходимость решительных действий продиктована нависшей над революцией опасностью. На это эсеры и примкнувшие к ним делегаты объявляют большевиков врагами народа, Съезд сорванным, а его результаты нелегитимными. С этими словами они покидают собрание. Но часть делегатов, как и предсказывал Ленин, поддерживает большевиков, и примеряет на себя власть.
На следующий день, когда Съезд получил необходимую порцию легитимности, его открывает лидер большевиков Ленин. Первый результат работы Съезда — «Декрет о мире». Он призывал все воюющие государства к миру. Адресуется декрет не правительствам, а абстрактным «народам».
Втором был «Декрет о земле», где заявлялось о национализации всей земли и запрете на использование наемного труда. Высшим органом власти вместо Петроградского объявляется Совет народных комиссаров под председательством Ленина (народный комиссар — новое название министерской должности). Наркомами новой власти стали видные члены большевистской партии.
Новая советская власть заинтересована в союзниках. Она подтверждает все революционные заявления относительно прав и свобод, но в рамках советских законов, а также право народов на самоопределение. Последнее побуждает Советы, сформировавшиеся во всех губерниях России еще во времена Временного правительства, признать взятую большевиками власть.
