Шагая по направлению к своей комнате, Широ пытался успокоиться и ни о чём не думать, но в голове был только Кано: Кано, легко взмахнувший рукой и поразивший противника насмерть, Кано, слегка склонившийся, чтобы отрубить воину ноги, Кано, поворачивающийся спиной в обманном манёвре, Кано убивающий, убивающий, убивающий… Неужели в душе этого совсем молодого человека нет ни сострадания, ни жалости? Ладно сострадание, хоть какие-то чувства там есть?!
Широ больно ударился головой о низкий потолок, но не обращая внимания, продолжал идти дальше.
Так вот что это такое – быть воином! Вот как выглядит истинная сила! Её красота – красота грязи, это извращённое, изуродованное нечто. Хорошо читать о сражениях в книгах, и рубить пучки соломы тоже не так уж сложно, но всё это не имеет ничего общего с настоящей смертью. Почему-то в книгах не описывается, как выглядят человеческие внутренности, вываливающиеся под ноги победителю. И, главное, запах…
… Тут Широ впервые заметил, что коридор стал каким-то очень уж узким: идя, он касался стен обоими плечами. Почему-то было очень темно: Широ не видел конца коридора и, оглянувшись, не увидел начала. Ничего не понимая, он сделал ещё несколько шагов вперёд. Тут его осенило:
- Да я же внутри стены!
Широ понятия не имел, как его угораздило пробраться в этот тайный проход: раньше они с Юки часто рыскали по замку, пытаясь найти какую-нибудь скрытую дверь, но им ни разу этого не удалось. Теперь же Широ ничего не искал: ему казалось, что он идёт к своей комнате привычным путём. Как же он попал внутрь двойной стены и, главное, как теперь выбраться обратно?
Рассудив, что выход обычно находится там же, где и вход, Широ повернулся и пошёл назад, но коридор, казавшийся совершенно прямым, вдруг сделал поворот и там, проведя рукой по стене, Широ нащупал створку фусума. Обрадовавшись, что нашёл выход, он сдвинул перегородку в сторону и, зажмурившись от света, шагнул в пространство за нею. Но это был не выход.
Юноша оказался в крошечной клетушке с одним-единственным узким окном под самым потолком. Почти всё место в комнате занимал старый-престарый, покрытый какими-то мерзкими пятнами соломенный тюфяк, а на нём, скрестив тощие кривые ноги, сидела остроглазая старуха в сером кимоно с широкими рукавами.
В другом состоянии Широ, наверное, испугался бы, но сейчас все реакции в нём были заторможены.
- Бабушка? – Удивлённо пробормотал он. – Вы откуда здесь?
Старуха смотрела на него без малейшего удивления, с одним недовольством.
- Припёрся, - прошамкала она, - ишь, какой волосатик с зелёной рожей.
От такого с собой обращения Широ впал в ступор. Может, ему всё это мерещится?
- Вы мне не мерещитесь? – На всякий случай уточнил он.
- А ты пьяный или головой ударялся?
- Головой ударялся, - честно сказал Широ, - когда шёл сюда.
- Как хочешь, так и думай, - сказала старуха, - уходи, я тебя не звала.
- Но кто вы?
- Одно на уме: кто да кто… тебе-то какое дело? Если ты не знаешь, кто ты сам такой, чего пристаёшь к старым людям?
- Я знаю, кто я сам такой, - медленно проговорил Широ, стараясь собраться с мыслями. Отчего-то у него это плохо получалось.
- Да ну? Все говорят, что знают, и никто не может ответить. Сам сначала подумай, своей головой. А то садись, посиди, - старуха неожиданно сменила гнев на милость и даже подвинулась, освободив краешек футона. - Гости ко мне нечасто заходят.
Садиться Широ, разумеется, не стал. Он вдруг догадался, кто перед ним:
- Са-Сачико-химэ?!
- Давненько меня так не называли, ох, давненько! – Хозяйка комнаты улыбнулась беззубым ртом. – А ты посмотри получше: ну какая я Сачико-химэ? Сачико-химэ была молодая да красавица, а я уж почти птица небесная!
Ясно, подумал Широ. Никакого колдовства: эта старуха – сумасшедшая. Вот почему Асакура-сама скрывает свою жену: она безумна. Не выгонять же её! И держать на всеобщем обозрении тоже нельзя. Что ж, одной тайной меньше.
- И давно вы здесь живёте? – Спросил Широ.
- А я здесь не живу. Так, бываю иногда. Что, не хочешь садиться?
- Нет, - отказался Широ, - мне нужно идти. Извините, что потревожил вас.
- А, ну конечно, не хочешь говорить со старухой. У тебя другое на уме, да? Мечи там всякие, сраженья… Да?
- Ага, - ответил Широ, поворачиваясь.
- Ну и дурак. Сам же знаешь: твой меч тебя не любит.
- Что? Откуда вы знаете?
- А я хожу вдоль стеночки, хожу да поглядываю!
Широ содрогнулся, представив, что вся его личная жизнь была на обозрении у этой противной старухи. Он там раздевался догола, плакал, резал пальцы мечом, а она на всё это пялилась?! Не мог Асакура-сама запереть её попрочнее?!
- Я пойду. – Буркнул он, прикасаясь к фусума.
- Ай-ай, сейчас уйдёшь, а самого интересного и не узнаешь! – Проворковала неприятная собеседница.
- Чего это?
- Того, как раздобыть настоящую силу.
- Что? – У Широ перехватило дыхание.
- Ага! Интересно?
- Да.
- Тогда слушай, - старуха устроилась поудобнее и поманила его к себе костлявым пальцем. – Штуку одну найти надо.
- Какую ш-штуку? – Прошептал Широ.
- Амулет богини Бэнтен.
- Амулет?.. И где же мне его найти?
