Хозяин замка не замедляя шага дошел до конца коридора и постучал в такую же точно, как предыдущая, деревянную дверь:
— Гарон, ты там? Открой, надо поговорить — повелительно прозвучал голос графа Стофорширского в гулком коридоре. Остальные как раз успели подтянуться к месту событий, чтобы услышать ответ из-за двери:
— Одну минуту, отец. Я сейчас выйду.
Через несколько секунд дверь действительно распахнулась, и Гарон вышел к посетителям. В отличие от брата, он был полностью одет и даже при оружии — на поясе у него висел длинный меч в ножнах:
— О, как вас много. Чем обязан? — удивленно вскинул брови старший сын графа и оглядел всех холодным надменным взглядом, избегая смотреть графу в лицо.
— Пусти нас внутрь, сын — потребовал у него последний — У нас к тебе есть несколько вопросов.
Брови молодого сайла удивленно взлетели вверх:
— Что, у всех сразу?
— Гарон, впусти или мы сами войдем — мрачно проговорил дядя Ричард, а граф Гарольд поддержал его суровым взглядом.
— Ладно, заходите — пожал плечами племянник и безразлично отошел от двери внутрь комнаты. Участники экспедиции недоуменно переглянулись между собой — уж слишком спокойно он реагировал на их визит.
Когда все вошли, граф обратился к хозяину покоев:
— Сын, ответь, только честно, на один вопрос: ты брал у Илая его айвенго?
— Я? — удивился Гарон — Нет, что за ерунда! А что, они пропали? Так надо было лучше за ними следить! Причем здесь я?
— Ну, раз так, значит, ты разрешишь нам осмотреть твои покои, не так ли? — полувопросительно взглянул на него отец и, получив в ответ безразличный кивок, повернулся к магу — Метр Лаврентий, прошу вас, преступайте.
Старичок снова громко произнес какое-то непонятное слово и стукнул посохом в пол. От посоха во все стороны будто бы разнеслась воздушная волна, которая проникала всюду сквозь все вещи и предметы, все живые и неживые объекты. А потом волна вернулась обратно к магу, после чего он спокойно произнес:
— Ничего, Ваша Светлость, их нет в пределах этой комнаты.
— Хм, — хмыкнул граф Гарольд, слегка оттаяв лицом и пробормотав — Может быть я ошибся, и Бернар защищал кого-то другого — внезапно он повернулся к Илье — А ты что скажешь, Илай? Ты ничего не чувствуешь?
Юноша мысленно переадресовал вопрос принцу фей, затем прогулялся по комнате по просьбе последнего и, наконец, остановился у одной из стен, задумчиво погладив ее ладонью в нескольких местах:
— Они там, за стеной, но не совсем. Они как будто бы внутри — тихо произнес парень, сам не до конца веря в то, что говорит — И хотя мне непонятно как такое может быть, думаю все же, что искать надо здесь — он ткнул пальцем в нужное место на стене.
— Тайник! — хором воскликнули Сантэн и дядя Ричард. Старший сын графа нахмурился и слегка побледнел, но не проронил ни слова. А сам граф Стофорширский снова помрачнел, быстро подошел к стене и принялся простукивать ее в разных местах. Через минуту он обернулся к окружающим:
— Да, в этой стене определенно есть пустая полость. Гарон, ты по-прежнему ничего не хочешь нам сказать? Нет? Тогда продолжим — и он снова принялся щупать камни и плиточный узор на стене.
Внезапно одна из плиток вдавилась в стену и несколько камней выдвинулись из основной кладки:
— Ага, нашел! — мрачно обрадовался граф и принялся осторожно вынимать булыжники из стены.
Все смотрели только на графа и перестали следить за хозяином комнаты, который вдруг решительно выдернул меч и беззвучно кинулся на Илью. Бедный парень только и успел отпрыгнуть от острого лезвия, почувствовав, как звезда защитного амулета опалила ему плечо и будто бы дернула в нужную сторону. А Гарон уже замахивался во второй раз…
Судя по всему, этот раз был бы последним, если бы родственники агрессора не очнулись от молчаливого ступора и не пришли на помощь. Сантэн молниеносно очутился рядом с иномирным другом, встав перед ним, словно живой щит и успел подставить под удар брата свой меч. Сэр Ричард выбил меч у племянника и заломил ему руки за спину. Но больше всех отличилась Глафира: она с испугу залепила в родственников таким сильным парализующим заклятием, что заморозила обоих братьев вместе с дядюшкой! Даже Илье чуть не досталось, но защитный амулет и здесь не сплоховал и отклонил ее заклятие в сторону.
— Ого! — воскликнул метр Лаврентий — Глафира, девочка моя, где ты этому научилась?!
— Так ведь у вас, уважаемый метр, и научилась, когда вы Бернара замораживали — смущенно опустив глаза пробормотала девушка.
Старый маг удовлетворенно улыбнулся в бороду:
— Ты всегда была наблюдательной и способной, а с оборотами твой дар только возрастает. Когда-нибудь ты станешь выдающейся волшебницей!
Но отец молодой леди восторгов и радости старичка не разделял:
— Так, дочь. Сними с них свое заклятье. Кажется, пришло время отучить твоих братьев воровать раз и навсегда — ледяным тоном с искаженным от гнева лицом произнес он.
— Да я бы рада отец, но не могу. Я ведь видела только как накладывают эти чары, а о том, как снимают не имею никакого представления — промямлила девушка, виновато потупившись.
