— И все же я дам знать об этом случае в комитет по трансплантации. Доктору Морган из Мемориальной больницы Сан-Франциско не помешает переаттестация.
Я решила обозначить свое присутствие и немного покашляла. Аманда повернулась ко мне и расплылась в благодарной улыбке под названием «Слава Богу, ты пришла!».
— О, доктор Соул! Простите, я забыла о нашем разговоре. У меня была важная беседа с доктором Трейси, но теперь я готова вернуться к нашему вопросу.
Она подхватила меня под локоть и сделала пару шагов, уводя меня подальше от своего собеседника. Затем внезапно обернулась к нему, словно вспомнила что-то важное.
— Вы позволите, доктор Трейси? У нас важный рабочий вопрос!
— Да-да, конечно. Но позже мы с вами вернемся к этому случаю.
— Непременно!
Аманда бросила на него уничтожающий взгляд, сопроводив это кровожадной улыбкой наподобие тех, что натягивают на свое лицо актрисы, играющие в ужастиках вампиров. Мне стало страшно. А вот коллеге-хирургу из педиатрии, похоже, нет. Он лишь пожал плечами и отправился на поиски свободного стула.
— Боже, какой зануда! — вздохнула Аманда.
— Я не завидую этому доктору Морган из Сан-Франциско, по-моему, Харрисон взъелся на него не на шутку.
— С одной стороны, это похвально, так блюсти интересы своих пациентов, но с другой стороны, он переходит все границы. Должна же быть еще и профессиональная этика и поддержка, не так ли? С пациентом все окей, он стабилен, и больше не планирует собственные похороны в 16 лет. Почему бы просто не успокоиться?
— Просто некоторые люди не могут жить спокойно. Смирись.
— Как скажешь, босс.
Мы нашли пару свободных кресел в последнем ряду и поспешили их занять.
— Аманда, когда ты планируешь выписать Рэя?
— Вообще-то, сегодня. Документы на выписку уже готовятся, думаю, к обеду все решится.
Сердце в моей груди забилось радостно, и в то же время с нотками дикого ужаса. Сегодня вечером начнется моя новая жизнь. Меня пугала перспектива остаться вдвоем с Рэем в его доме. Нашем доме. Пугали совместные завтраки и ужины, просмотр фильмов и чтение на ночь в нашей постели. Пугали возможные ссоры и скандалы. Я не знала, полюбит ли он мою стряпню, или будет заказывать тайком от меня пиццу, понравится ли ему моя страсть к минимализму в интерьере, и будет ли он слушать мое любимое радио и смотреть со мной пародийные шоу по телевизору. Я не знала, понравится ли ему секс со мной, или я его разочарую. Но больше всего я боялась потерять его. Меня ужасно раздражали все эти мысли, ведь я ждала этого дня, грезила им, а теперь веду себя, как трусливая девчонка. Наверное, в этот момент, на моем лице отразилось мое внутреннее состояние, поскольку Аманда решила немого подразнить меня.
— Нет, если, конечно, ты пока не готова к серьезным отношениям, я могу подержать его здесь до дня благодарения. А там и с семьей заодно познакомишься.
Мои щеки вспыхнули.
— Боже, Аманда! Не издевайся!
— Иди, скажи ему радостную новость.
— А как же Мэнди?
— Ей будет не до тебя, посмотри на все эти мониторы с суровыми лицами.
Я окинула взглядом стену сразу за трибуной — на ней в ряд было подвешено с десяток мониторов. На каждом из них уже маячила физиономия какого-нибудь коллеги-хирурга.
— Спасибо!
Я поспешно встала с места и начала продвигаться к выходу, волнение в груди только нарастало. Что мне ему сказать? Что сегодня я заберу его домой? Или что сегодня он заберет меня домой? Или что сегодня мы наконец поедем домой вместе?
Еще один вопрос волновал меня ничуть не меньше, чем все внутренние страхи — где он, тот самый наш дом? Рэй получил особняк в престижной части города, но могла ли я рассчитывать, что он позовет меня туда? Возможно, он не захочет жить там, где неприятные воспоминания будут омрачать наши дни. И может ли стать нашим домом моя уютная квартирка?
Голова шла кругом. Я зашла в его палату, застав Рэя за чтением. В последнее время он много читает. Сегодня это была «Божественная Комедия» Данте Алигьери.
— Любовь, велящая любимым, тебя ко мне так властно привела?[1] — процитировал на свой лад строки из поэмы Рэй, пронзив меня насквозь взглядом, полным желания.
— Привет.
Мое волнение улетучилось без следа. Стоило мне только посмотреть в его серые глаза, как внутри вновь разгорелось пламя желания, и теперь я хотела только одного — чтобы за нами как можно скорее закрылась дверь спальни.
— Иди ко мне.
Он отложил книгу на прикроватную тумбу и протянул мне руку. Я улыбнулась и подошла к нему. Рэй притянул меня к себе, и мне в нос ударил запах свежести и его туалетной воды.
— От тебя так приятно пахнет…. — промычала я, уткнувшись носом в его шею.
— Только пахнет? — Он начал гладить рукой мои волосы.
— Тебя выписывают. — Сказала я, как бы, между прочим.
— Да?!
Я подняла голову и посмотрела в его лучащиеся радостью глаза.
— Да.
— Слава Богу! Ненавижу больницы! И от постельного режима у меня уже атрофия пятой точки.
Я недовольно поджала губы.
— Что значит, ненавидишь больницы, а как насчет того, что Университетская клиника Раш подарила тебе меня?
