Рэй тем временем плюхнулся на стул напротив меня и с жадностью начал поглощать свою порцию.
— Поживи одна парочку лет, да еще и не работая — ты тоже станешь фанатом кулинарных шоу.
— Издержки прогрессирующих аденом? Все ясно.
Я сделала глоток кофе, и нежный, сладковатый вкус омлета сменился горечью бодрящего напитка.
— А вот кофе варить ты не умеешь! — я поморщилась и отставила чашку подальше.
— Ты просто не умеешь его пить, — ответил Рэй, улыбнувшись.
Я бросила взгляд на большие настенные часы в форме домика с крышей, и отложила в сторону столовые приборы.
— Нам пора. Уже восемь.
— Окей, — сказал Рэй, отправив в рот последний огромный кусок омлета.
Мой старенький Форд засыпало снегом, и он напоминал огромный сугроб в форме спящей черепахи с парой красных глаз в виде фар.
Я стояла и пританцовывала от холода, дожидаясь, пока Рэй выгонит из гаража наш новый автомобиль — огромный «Range Rover» черного цвета с массивными колесами на шипованной резине.
С трудом забравшись на пассажирское сиденье, слишком высокое по сравнению с моим седаном, я протянула руку к магнитоле и включила радио. И снова какая-то околороковая группа. Что ж, очевидно, этот стиль музыки прочно вошел в мою жизнь.
Рэй завел мотор, и машина с урчанием выехала на расчищенную грейдером дорогу. На улице по-прежнему было темно, хотя на горизонте небо уже слегка посветлело. Первые и еще далекие солнечные лучи отбрасывали синеватые блики на белую поверхность земли.
Я выросла на юге, где снег если и шел, то таял еще в воздухе, поэтому каждый раз наблюдая эту картину я замирала, словно маленький ребенок, все еще верящий в сказку про Рождество и доброго Санту.
Аманда уже ждала нас в кабинете диагностики, вооружившись узи-сканером.
— Доброе утро, голубки! — Она приветливо улыбнулась. — Рэй, перейдем сразу к делу?
— Слушаюсь, док!
Рэй снял свитер, оставшись в черной боксерке, и уселся на кушетку. Я встала позади него и с волнением уставилась в монитор.
Аманда начала водить сканером по шее и груди моего мужа, и я увидела на экране его аорту. Комментарии были лишними, я не хуже нее понимала всю картину, поэтому она только записывала данные в карту.
Мое лицо постепенно расслабилось. Стенки аорты не пролабировали, поток крови нормальный, дуга в порядке, регургитации нет, протез работает на сто процентов. Толщина стенок в пределах нормы. Я выдохнула.
— Эй, что ты там вздыхаешь? — Рэй повернул ко мне голову. — Я, конечно, понимаю, что вы обе в теме, но я то ни черта не понимаю, что там на экране. Мне кто-нибудь скажет результат?
— Рэй, ты здоров! — с улыбкой ответила Аманда. — Конечно, в пределах того, насколько ты вообще можешь быть здоров, нужно еще сделать МРТ и отследить поведение других опухолей, но по моей части все в порядке.
Я кивнула в знак согласия. На лице моего мужа появилась странная, немного зловещая улыбка.
— А как насчет занятий….спортом? — Он посмотрел на Аманду испытывающим взглядом, заставив ее покраснеть.
— Я разрешаю тебе умеренные физические нагрузки.
У меня в груди вспыхнуло пламя. Мы все прекрасно понимали, что кроется за этим вопросом.
— Доктор Хофф, могу я попросить вас о маленьком одолжении? — вкрадчивым голосом спросил Рэй, и я ощутила, как накалился воздух в комнате. Волоски на моих руках встали дыбом, словно получив разряд тока, а по спине пробежал холодок.
— Да?
— Вы не могли бы оставить нас с доктором Соул наедине…. Минут на пятнадцать? Я бы хотел обсудить с супругой план дальнейшего обследования.
Я закрыла от стыда глаза, ощущая, как нарастает в моем теле желание. Мне одновременно хотелось задушить Рэя за подобную бестактность, и услышать от Аманды утвердительный ответ.
— Конечно, мистер Скайфилд.
Аманда загадочно улыбнулась, выключила аппарат УЗИ и вышла в коридор.
Я дрожала, как тростинка на ветру. Мое сердце колотилось, как у загнанной лани, а внизу, между ног пульсировал возбужденный клитор.
Рэй встал с кушетки, прошел мимо, нарочито коснувшись меня своим оголенным плечом, и закрыл дверь на замок. Спустя пару секунд он резко схватил меня за плечи и рывком повернул к себе. Его ладони так крепко сжимали меня за предплечья, что мне даже стало больно.
— Прости, детка, я знаю, что не о такой первой брачной ночи ты мечтала, но я больше не могу!
Я не успела ничего ответить, так как его губы яростно впились в мой рот поцелуем. Он раздвинул языком мои зубы, проник внутрь моего рта, и наполнил его своей влагой. Рэй с наслаждением покусывал мои губы, а я с остервенением облизывала расщелинку между его зубов.
