Президент Ливана Фуад Шехаб в доверительной беседе с советским послом когда-то называл сирийцев не только «горячими головами», но и «пруссаками Ближнего Востока». Хафез Асад считал, что Ливан – искусственно созданное государство, эта территория должна принадлежать Сирии. В Дамаске исходили из того, что и Палестина – это всего лишь Южная Сирия. Президент Асад сказал вождю палестинцев Ясиру Арафату:
– Вы представляете Палестину не больше, чем мы. Нет никакого палестинского народа. Вы – часть сирийского народа, а Палестина – часть Сирии.
Но планам Асада не суждено было сбыться. С территории Южного Ливана палестинские боевики проникали в Израиль, совершали теракты, убивали людей. Чаша терпения израильского правительства переполнилась, когда 3 июня 1982 года в Лондоне получил тяжелое ранение израильский посол Шломо Аргов. Ему выстрелили в затылок, когда он шел к машине. Когда террористов схватили, нашли длинный список целей, среди них значилась еврейская школа для слепых.
5 июня 1982 года израильские войска вступили на территорию Ливана с задачей уничтожить инфраструктуру палестинского террора. В результате боев израильтяне захватили большое количество боевой техники и оружия. Остатки палестинских формирований эвакуировались из Бейрута в Тунис. Ясир Арафат и его окружение жаловались, что им пришлось уйти, потому что их предала Сирия, не пожелавшая помочь палестинцам. На севере Ливана сирийские войска даже атаковали позиции палестинских боевых отрядов одновременно с наступлением израильской армии.
О военной помощи ливанские шииты попросили аятоллу Хомейни. Но он не послал свои войска в Ливан. Хомейни отказался отправить иранские истребители на помощь Сирии, чья авиация вела бои с израильской в небе Ливана. Иран воздерживался от прямой конфронтации с Израилем. Предпочитал действовать чужими руками. К тому же судьба палестинских арабов его никогда не интересовала…
Для председателя Организации освобождения Палестины Ясира Арафата это была катастрофа. Палестинские боевые отряды потеряли последний опорный пункт – Ливан – и вынужденно рассеялись по всему миру. После тяжких размышлений Арафат начнет думать о том, что силой оружия ничего не добьется. Он придет к мысли о необходимости вести переговоры с Израилем и хотя бы формально признать право еврейского государства на существование. Может, этот шаг откроет путь к созданию независимого палестинского государства?
Главным военным советником в Сирию в сентябре 1980 года командировали генерал-полковника Григория Петровича Яшкина, служившего заместителем главнокомандующего Группой советских войск в Германии по боевой подготовке. Напутствуя его, маршал Устинов объяснил:
– Надо оказать помощь в реорганизации сирийских вооруженных сил… Для нас небезразлично, за кем пойдут арабы, и в частности Сирия, – за нами или американцами.
Присутствие советских военных нравилось не всем. В 1981 году сирийские боевики взорвали штаб главного советского военного советника и направили машину со взрывчаткой к жилому городку советских офицеров. Погибли трое советских граждан, многие были ранены. В городе Хаме сирийцы убили четверых военных советников. Решили убрать советников из дивизий и бригад и держать всех в столице.
Сирийцы постоянно жаловались, что у израильтян оружия больше и оно лучше, требовали новых поставок. Начальник Генштаба маршал Николай Васильевич Огарков с цифрами в руках объяснял сирийцам, что у них превосходство над Израилем по ракетным комплексам, танкам и самолетам. Советское оружие шло в Сирию потоком. Министерство обороны мечтало иметь военно-морскую и военно-воздушную базы на территории Сирии.
5-я оперативная эскадра нуждалась в постоянных базах, но арабские страны не спешили их предоставлять. Самыми удобными были порты Египта. Однако президент Анвар аль-Садат разорвал военные отношения с Москвой. Первый заместитель главкома военно-морского флота адмирал Николай Иванович Смирнов уже подобрал место на сирийском побережье – между Латакией и Тартусом. Помимо морской базы планировался и аэродром для дальней авиации. Но в Дамаске то разрешали создать базу, то забывали о своем обещании.
В 1981 году все-таки договорились разместить пункт материально-технического обеспечения советского флота в Тартусе. Хафез Асад, приехав в Москву, получил советского оружия на миллиард рублей – по тогдашнему официальному курсу рубль стоил дороже доллара. Так что подарок сирийскому лидеру преподнесли царский. Асад был, говоря его собственными словами, «доволен как никогда».
В январе 1982 года в Москву прилетел сирийский министр иностранных дел Абд аль-Халим Хаддам. Он жаловался Громыко:
