Андрей Андреевич говорил, что возможны два варианта решения вопроса о будущем Палестины. Первый – создание единого арабско-еврейского государства. Если же этот вариант нереален, поскольку арабы и евреи заявляют, что не могут жить вместе, тогда Палестину надо разделить на два независимых демократических государства – арабское и еврейское. Очевидно, что создание единого государства в настоящее время невозможно. Значит, остается второй вариант. Возражают против этого только арабские государства.
Пожалуй, никто лучше Громыко не обосновывал права евреев на государство в Палестине:
– Представители арабских стран указывают на то, будто бы раздел Палестины является исторической несправедливостью. Но с этой точкой зрения нельзя согласиться хотя бы уже потому, что еврейский народ был связан с Палестиной на протяжении длительного исторического периода времени. Кроме того, мы не можем упускать из виду положение, в котором очутился еврейский народ в результате последней мировой войны. Нелишне напомнить сейчас и о том, что в результате войны, навязанной гитлеровской Германией, евреи как народ потерпели больше, чем какой-либо другой народ. Вы знаете, что в Западной Европе не оказалось ни одного государства, которое сумело бы защитить в должной степени интересы еврейского народа от произвола и насилия со стороны гитлеровцев.
Арабские делегации выражали недовольство такой позицией Советского Союза. Громыко холодно ответил им:
– По нашему глубокому убеждению, раздел Палестины на два самостоятельных государства соответствует коренным интересам не только евреев, но и арабов.
Раздел Палестины, говорил Громыко, «будет иметь большое историческое значение»:
– Такое решение будет идти навстречу законным требованиям еврейского народа, сотни тысяч представителей которого, как вы знаете, все еще являются бездомными, не имеющими своих очагов, нашедшими лишь временный приют в специальных лагерях на территориях некоторых западноевропейских государств.
Громыко обрушился на британское правительство, которое заявило, что готово уйти из Палестины и обеспечить условия для создания двух государств только в том случае, если арабы и евреи придут к согласию:
– Обсуждение вопроса о Палестине на данной сессии показывает, что арабы и евреи не могут договориться. Поэтому выдвигать такое условия – это почти равносильно тому, чтобы еще до вынесения Генеральной Ассамблеей соответствующего решения похоронить его.
Он, по сути, поддержал вооруженную борьбу еврейских подпольных группировок против британских властей:
– Существующие теперь в Палестине порядки ненавидят как евреи, так и арабы. В чем выражается отношение, в частности, евреев к этим порядкам, – вы все знаете.
Ответил он и тем арабским делегациям, которые настаивали на том, что ООН вообще не вправе решать судьбу Палестины:
– Генеральная Ассамблея, как и в целом Организация Объединенных Наций, не только имеет право рассматривать этот вопрос, но при сложившейся ситуации в Палестине она обязана принять соответствующее решение. По мнению советской делегации, план решения вопроса о Палестине, согласно которому практическое осуществление мероприятий по проведению его в жизнь должно лежать на Совете Безопасности, полностью соответствует интересам поддержания и укрепления международного мира и интересам укрепления сотрудничества между государствами. Именно поэтому советская делегация поддерживает рекомендацию о разделе Палестины.
Речь советского представителя имела определяющее значение для судьбы Израиля. Она повлияла и на американцев. Президент Трумэн принял окончательное решение. Раз уж Сталин твердо решил дать евреям свое государство, глупо Соединенным Штатам сопротивляться!..
Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 181 о создании на территории британского мандата в Палестине двух независимых государств обсуждалась в субботу, 29 ноября 1947 года. Палестинским евреям нужно было собрать две трети голосов в пользу создания двух государств.
Позиция Сталина играла тем более важную роль, что он располагал в ООН не одним, а тремя голосами – Советского Союза, Украины и Белоруссии. Кроме того, Чехословакия и Польша голосовали так, как велела Москва. Пять сталинских голосов имели решающее значение. Если бы Сталин проголосовал против, Израиль бы не появился.
«За» проголосовали тридцать три страны, «против» – тринадцать. Несколько стран, в том числе Англия, воздержались. Решение было принято.
4 декабря Громыко получил благодарственное письмо:
